Нематериальное наследие. Карьера одного пьемонтского экзорциста XVII века

«В доме я застал только его сестру, – сообщит он в своих показаниях, – которая на мои расспросы отвечала, что он в отъезде вот уже восемь дней и она точно не знает, где он. По слухам, он был в Канале, но некоторые говорили, что он поехал в сторону Чистерны».

Молодой Амброзини продолжил поиски. От него мы узнаем о последней попытке Джован Баттисты продолжить свою деятельность, прибегнув к покровительству епископа Асти в надежде еще раз продемонстрировать свои необыкновенные способности под давлением толпы поклонников: «в субботу, в День святого апостола Варфоломея (24 августа), вышеупомянутый, по просьбам разных людей, желавших подвергнуться обряду заклинания, – по слухам, их было много – в связи с тем, что монсеньор епископ Асти совершал визитацию и находился в Кастаньи, Кьеза вместе с архипресвитером Канале приехал туда же… И в Кастаньи он приступил к изгнанию бесов в присутствии Монсеньора и других каноников».

Разумеется, Кьеза понимал, что его положение безнадежно: «он говорил, что надеется всех излечить с помощью великой веры в могущество Божье… и всех призывал твердо верить в то, что Господь их исцелит».

Епископ в происходящее не вмешивался: некоторое время он наблюдал, окруженный священниками из его свиты. Затем, после недолгого совещания с другими духовными лицами, «он воспретил [Кьезе] совершать обряды экзорцизма в своем диоцезе, исходя из запрета, уже наложенного монсеньором архиепископом».

Потерпев поражение, Джован Баттиста возвращается в свой дом в Сантене в обществе архипресвитера Канале, но его слава еще жива.

«Часто говорят о том, – заключает молодой Амброзини, – что он излечил много увечных, сотворив явные чудеса».

6. Пока Габриеле собирал свидетелей защиты, 16 ноября каноник Джован Баттиста Бассо при содействии дона Джованни Франческо Леонетти, главного налогового прокурора Туринской курии, приступил к допросу Джован Баттисты Кьезы, на которого уже был наложен штраф «in facto proprio» (за его собственные действия) в размере 100 лир.

Судя по всему, арестован он не был.

Прежде всего ему было предъявлено изъятое у него Manuale parochorun et exorcistarum («Пособие для приходских священников и заклинателей бесов»), к которому были добавлены две рукописные страницы с перечнями излечений. Впрочем, в протоколах суда нет ни этой книги, ни этих страниц; там есть только «бумажный дневник на 15 исписанных страницах, начатый 29 июня и завершенный 15 августа», с содержанием которого мы уже знакомы.