Послушница Божией Матери. Вырицкая молитвенница Матушка Варвара. Жизнеописание

Он явно не сердился:

– Если бы там сидел медведь…

Сестры переглянулись и заулыбались:

– Зачем вы носите такой тяжелый камень?

Дорофей задумчиво почесал бороду. Как растолковать этот вопрос попроще? Со взрослыми легче: для укрощения плоти, чтобы не понуждала она к страстям плотским. Решил ответить таким образом:

– Сон у меня, девочки, плохой – заснуть не могу. А вот день потаскаю этот камень, так утомлюсь, что вечером с ног падаю, – прилягу и тут же засыпаю.

Утром мать и сестры провожали Наталью в монастырь Иверской иконы Божьей Матери.

Пелагея Федоровна благословила дочь двумя семейными иконами, передававшимися из поколения в поколение: Иверским образом Богоматери и «Неопалимой купиной». Вороной прядал ушами, вздрагивал всем телом и нетерпеливо перебирал ногами.

– Ну, все! – Федор Михайлович взял вожжи, и конь с места рысью вынес повозку за ворота. Пелагея Федоровна, вытирая концом платка слезинки, еще долго вглядывалась в удаляющееся облачко пыли, пока оно не скрылось за поворотом около озера.

Наталья оказалась послушницей примерной. Она благоговейно внимала слову Божьему, возрастала духом, постигала ремесла. До сих пор сохранились несколько рукодельных вещей, сделанных ею в монастыре.

Жизнь за стенами монастыря развивалась бурно и непредсказуемо. Октябрь семнадцатого года безжалостно разрушал устоявшуюся жизнь, уничтожал вековые традиции, опустошал Русскую землю. В одно из посещений своего села Наталья застала трагическую картину раскулачивания.

«Все отобрала советская власть, – вспоминала матушка, – оставила голыми и босыми. При мне уводили отца. Помню, оглянулся в последний раз, и больше мы его не видели».

Долгое время Наталья спасалась от жестокого мира под кровом Царицы Небесной. Но в начале тридцатых годов волна лютых репрессий докатилась и до северной обители. К этому времени за веру были уничтожены десятки тысяч людей. Такая же участь ожидала и здешних насельниц. Когда монахинь и послушниц повели на казнь, необъяснимым образом появился благообразный старец.

Он подошел к Наталье, взял за руку и властно сказал старшему конвоиру: «Не троньте ее! Это моя дочь!..» Конвоир не осмелился возразить.

Отойдя на безопасное расстояние, остановились. От волнения и переживаний Наталья плохо понимала, что происходит. Видела она раньше это ласковое, светлое лицо старца или нет? Кажется, он бывал в монастыре. А может быть кто-то похожий?… Все перепуталось. Старец велел Наталье идти домой.