Сигналы утонувшего маяка

Не прошло и пары секунд, как он вернулся и, нарезав круг над головой Тиреса, снова уселся тому на запястье.

– Вот настырный, – возмутился бывший матрос и, прежде чем Иван успел его остановить, со всей силы шлепнул по комару ладонью. Во все стороны полетели склизкие внутренности, чудом не попав на новое платье Яны.

Растерянный Тирес с брезгливостью на лице рассматривал свои руки. Он уже собирался вытереть их об штаны, но вспомнил о том, что рядом с ним стоит девушка и, извинившись, побежал в сторону подземного перехода, где находился туалет.

Яна задыхалась от смеха. Ее щечки порозовели, из глаз лились слезы.

– А он забавный, – наконец смогла произнести она.

– Ага, – кивнул Иван, – повезло, что в этот раз от его забав пострадал только комар. Кстати, о комарах.

Парень достал из нарукавного кармана форменной куртки пластиковый тюбик, похожий на губную помаду, снял колпачок, подкрутил колесико и обработал репеллентом лоб, шею и кисти рук.

Яна сморщила носик:

– Опять мажешься этой вонючкой.

– Прости, солнце, по-другому нельзя.

Если бы в колонии существовал свой вариант книги рекордов Гиннеса, то Иван вошел бы в нее как единственный человек, для которого местные комары были смертельно опасны. Внезапно проявившаяся генетическая предрасположенность к аллергии обнаружилась у него во время тренировки на выживание, когда их учебный взвод забросили в местные джунгли. Куратор долго смеялся и отказывался верить, что один из курсантов потерял сознание после укуса комара.

Поняв, что помощь не придет, Тирес выкинул рацию, автомат, боеприпасы и на своем тщедушном теле вытащил бьющегося в судорогах Ивана с территории полигона. Когда Тилисма вышел из карцера, куда угодил за утерю оружия, Кузнецов все еще находился в больнице. Со временем Иван поправился, но с тех пор больше не расставался с армейским репеллентом. И не расставался с Тиресом, с которым они стали настоящими друзьями.

Глава пятая

Полезное хобби

Тирес из туалета так и не вернулся.

Зато музыканты как раз закончили настройку инструментов, и над площадью прокатилась ритмичная музыка, от которой ноги сами неслись в пляс. Первую половину ночи Иван и Яна насаждались музыкой и танцами, вторую половину – друг другом. Лишь когда за окном начало сереть, предвещая скорый рассвет, молодые люди расцепили объятия и уснули.

Иван проснулся в одиннадцать часов. Яна уже ушла, оставив на столе записку и след губной помады на его щеке.