Капитан Наполеон (сборник)

Ищите, это – ваше дело! Сам охотник никогда не подбирает дичи.

И он стал попросту выталкивать их за дверь.

– Ладно уж, ладно! Идем, сержант, идем!

– Вовсе не из-за чего толкать людей, – сказал один из зевак и прибавил ироническим тоном: – Точно нельзя было спрятать его у себя в комнате.

Лефевр резко прикрыл дверь и снова подошел к Екатерине, чтобы опять расцеловать ее.

– Я думал, что они никогда не уйдут! – произнес он. – Слышала ты, какие глупости они болтали? Они говорили о комнате, о твоей комнате.

Он поймал взор Екатерины, боязливо брошенный на дверь ее комнаты и, невольно направившись прямо к этой двери, хотел ее открыть.

Дверь оказалась запертой. Лефевр остановился, обеспокоенный. Тень подозрения скользнула по его лицу.

– Катрин, – спросил он, – почему эта дверь заперта?

– Да потому… что… мне это так нравится! – ответила Екатерина с явным смущением.

– Это не причина.

– Нет, ты не получишь его.

– Катрин, – крикнул Лефевр, побелев от бешенства, – ты обманываешь меня!.. Там есть кто-то в твоей комнате… наверное, твой любовник. Дай мне ключ!

– Я сказала, что не дам!

– В таком случае я сам возьму его! – И Лефевр, запустив руку в кармашек фартука невесты, взял оттуда ключ и отпер им дверь ее комнаты.

– Лефевр! – крикнула ему Екатерина. – Я предупреждала тебя, что туда войдет только мой муж. Ты хочешь войти насильно, так никогда я не войду туда вместе с тобой.

В ставни прачечной снова постучали. Екатерина пошла отворять. Там оказалось несколько вооруженных солдат национальной гвардии.

– Где сержант Лефевр? – спросили они. – Его требуют в отряд. Говорят, будто его произведут в лейтенанты.

Лефевр вышел из комнаты Екатерины взволнованный, бледный, серьезный. Он тщательно запер дверь, вынул оттуда ключ и вернул его невесте, причем тихонько произнес:

– Ты не сказала мне, что у тебя в комнате лежит мертвец.

– Он мертв? Ах, бедный мальчик! – грустно воскликнула Екатерина.

– Нет, он жив. Значит, это правда? Это не был ухаживатель?

– Дурачок! – ответила Екатерина. – Если бы он был здоров, зачем бы я спрятала его туда? Но ты не выдашь его, по крайней мере? – снова заговорила она с беспокойством. – Хотя он и австриец, но это друг мадемуазель Бланш де Лавелин, моей благодетельницы…

– Особа раненого священна! – произнес Лефевр.