Главная тайна горлана-главаря. Пришедший сам

О той же поре – один из учителей гимназии, Пётр Целукидзе:

«Раз в учительской ко мне и Джомарджидзе подошёл законоучитель подготовительных классов Шавладзе и говорит:

– Что за странный мальчик этот Маяковский!

– А что случилось? Напроказничал? – спросили мы.

– Нет, шалить-то он не шалит, но удивляет меня своими ответами и вопросами. Когда я спросил:

– Хорошо ли было для Адама, когда Бог после его грехопадения проклял его и сказал: "В поте лица своего будешь ты есть хлеб свой", – Маяковский ответил:

– Очень хорошо.

Потом задал мне вопрос:

– Скажите, батюшка, если змея после грехопадения начала ползти на животе, то как она ходила до проклятия?

Все дети засмеялись, а я не знал, как ответить».

Ответ на любой вопрос могли в ту пору дать, пожалуй, только революционеры-подпольщики – те самые отчаянные смельчаки, которые призывали на страну бурю и делали всё, чтобы ускорить её пришествие. Самодержавная власть никакой бури не желала, поэтому старалась скрутить всех нелегалов в бараний рог.

Тюрьма Кутаиса

Земляк Владимира Маяковского, исключённый из семинарии Иосиф Джугашвили, в тот момент занимался организацией демонстраций и забастовок. 5 апреля 1902 года его арестовали в Батуме. Целый год просидел Иосиф («товарищ Coco») в батумской тюрьме, а 19 апреля 1903 года его перевели в тюрьму Кутаиса. Заключённый, сидевший с ним в одной камере, впоследствии писал:

«Мы прожили вместе в кутаисской тюрьме более чем полгода, и я ни разу не видел, чтобы он возмущался, выходил из себя, сердился, кричал, ругался, словом, проявлял себя в ином аспекте, чем в совершенном спокойствии».

В семье Маяковских, по словам Александры Алексеевны, в это время…

«… много читали. Мы получали произведения Горького, Чехова, Короленко и других новых писателей. Новинки интересовали всех. Читали журналы, газеты. Обсуждали, спорили, говорили о литературе и политических событиях… Володя тоже всегда присутствовал, любил слушать, иногда задавал вопросы и принимал участие в обсуждении…

В это лето Володя особенно много читал…».

Людмила Маяковская:

«Обычно Володя брал книгу, набивал карманы фруктами, захватывал что-нибудь своим друзьям-собакам и уходил в сад. Там ложился на живот под деревом, а две-три собаки любовно сторожили его. И так долго читал…».

Александра Алексеевна Маяковская:

«Собаки Вега и Бостон ложились тут же на траве и "сторожили " его.