Портрет в черепаховой раме. Книга 1. Покинутая дама

– Здравия желаю, господин лейб-лекарь!

А Быков заглянул в гостиную и доложил:

– Господин Загряжский!

– Зови! – кратко приказала княгиня.

Быков широко распахнул дверь, пропуская полковника, затем закрыл её и пошёл провожать лейб-медика.

А влетевший в гостиную полковник сбросил на пол шубу и, подбежав к княгине, обнял её:

– Bonjour, дорогая Наташенька!

– Ванюшенька, от окна отойдём! – воскликнула княгиня и потянула красавца-офицера вглубь комнаты. – Тебя никто не видел? Языки-то, как ножи острые – жих-жих!

– Плевать мне на все языки разом! Кто посмеет сказать обо мне что-нибудь дурное? – загрохотал офицер и добавил:

На свете сем живу я, истину храня:

не трогаю других, не трогай и меня!

– Её Величество не устаёт повторять, – напомнила Голицына, – что всё, влекущее за собой гнусность и отвращение, места иметь в Санкт-Петербурге не может!

– Никакой гнусности я за собою не влеку! – ослепляя улыбкой, ответил Загряжский.

Мы пленны слабостьми, пороки нам природны,

но от бесстыдных дел и смертные свободны.

Затем, перейдя на прозу, полковник заявил:

– Проститься забежал! Только что мимо гром-камня и монумента высочайшего проскакали. В город Дерпт направляемся. На ярмарку. По высочайшему указу.

– А как же я? – запричитала княгиня. – У меня даже портрета твоего нет! На что прикажешь взглянуть, как останусь в разлуке?

– В Дерпте намалюют! Там, говорят, этими мастерами, что людей на портретах изображают, пруды прудить можно.

– Без Наташи очи сиры,

сиры все сии места,

отлетайте вы, зефиры,

без неё страна пуста!

Наступайте вы, морозы,

увядайте нежны розы!

– Опять твой любимый пиит? – с улыбкой спросила Наталья Петровна.

– Как же без него? Я только твоё имя в его стих вставил.

– Он и здесь тебя дожидается, – княгиня протянула Загряжскому книжицу.

– Спасибо, Наташенька! – полковник наугад раскрыл книжку и прочёл. – «Как любиться в жизни сладко!»

– Да, сладенько! – согласилась Наталья Петровна.

Иван спрятал книжку в сумку, что висела у него через плечо, взглянул на руку княгини и воскликнул:

– Фатта фриттата! Колечко новое!

– Нравится? – спросила княгиня.

– Замечательное колечко! И камушек небесного цвета!

– Бирюза! – торжественно произнесла Голицына.