Портрет в черепаховой раме. Книга 1. Покинутая дама

 – Рецепт очень интересный! Попробую его употребить!

– Княгиня сказала, что и в любви ей эти приправы хорошо помогают.

– Буду иметь в виду!

– А я, со своей стороны, попрошу княгинюшку просветить тебя по этой части.

– Попросить не получится, Ваше Величество.

– Это ещё почему?

– Уехала княгиня. Только что укатила.

– Куда?

– В Дерпт.

– Откуда это известно?

– Земля слухами полнится. Так, кажется, в России говорят.

– Всё на Русь да на Россию ссылаешься? Браво, Джон-англичанин!

– Я не англичанин, я шотландец.

– Князь Потёмкин по этому поводу сказал бы: англ и шот – один чёрт! – ответила императрица.

– Потёмкин – светлейший князь, поэтому всё, что им сказано, просветляет! – сказал Роджерсон.

– Если я простужусь, просветляй меня малиной!

– Просветлю непременно! Но на Руси не случайно принято говорить: на Бога надейся, а сам не плошай! Поэтому малину можно и без меня употреблять.

– Себя уже с богом сравниваешь?

– Должность у меня такая – лейб-медик.

– Если в поле Роджерсон, он один всю армию заменит! Поэтому как закашляю, сразу прибегай!

– На крыльях прилечу, Ваше Величество!

– Крылышки свои, смотри, не проиграй!

– Буду стараться, Ваше Величество!

– То-то же! А пока…

– Желаю здравствовать! – воскликнул лейб-медик.

– Буду стараться, Джон-шотландец!

Роджерсон галантно раскланялся и удалился.

Екатерина позвонила в колокольчик. В комнату заглянул дворецкий.

– Бецкого! Срочно!

– Айн момент, Ваше Величество!

Императрица встала и подошла к окну. Во дворе Зимнего дворца кружили падавшие снежинки.

Вошёл Бецкой.

– Срочное дело, Иван! – сказала Екатерина. – Княгиня Голицына в Дерпт укатила.

– К своему полковнику Ванюше?

– К нему.

– Он же там всем местным дамам головы вскружит.

– А тут и княгиня объявится! – заявила императрица.

– Знатный фейерверк получится! – воскликнул Бецкой.

– Искорки от него, надо полагать, долетят до Санкт-Петербурга! – сказала Екатерина. – Долетят? Что скажешь?

– В Дерпт послан достойный человек! Все искорки упакует и к нам перешлёт.

– На Руси любят говорить – и Роджерсон об этом без конца напоминает: один в поле не воин! – ответила императрица.