Биологическая опасность

Доставь-ка мне пару мачете… Да, мачете, что никогда таких не видел? Вон, на складе пылятся!… Спасибо!

Через пятнадцать минут на борт поднялось несколько грузчиков, которые пронесли в салон несколько ящиков. Три из них точно отличались от армейских, а последний – вылитый цинк.

Из него Лёша вытащил мачете.

– То, что нужно. Слушай, немец, я официально тебя не вооружал, но… вот, держи. – он передал мне старый пистолет Макарова. Но старый не значит изношенный. Ощущение, что его, конечно, поносили, но стреляли не особо.

– А Мирославский?

– Этот ствол официально списали, как и все ПМы, когда нам “Грачей” подсунули. Так что, держи, пользуйся… Хотя погоди, щас…

Алексей минуты две копался в разгрузках и в своём рюкзаке, пока не вытащил оттуда несколько коробочек из-под охотничьих патронов.

– Там патроны к твоей “волынке” и магазины. Часть набита, часть… уж извини, сам.

– Спасибо.

– Да незачто.

В этот момент раздалась тональная мелодия, означающая обращение пилотов к пассажирам.

– Внимание всем. Готовимся ко взлёту. Убрать трап от самолёта, закрыть двери и приготовиться к герметизации салона.

Я посмотрел на Лёху и сказал.

– Только пристегнитесь, ладно?

Я спешно вернулся в кабину, но дверь запирать не стал, да и зачем. Дверь нам нужна только для защиты от террористов. А до 11 сентября такие двери были не толще обычной входной двери. То есть, её можно было бы вынести так же, как и любую другую дверь. А если с тобой на борту только твой экипаж и десяток военных-коммандос, которые прошил всевозможные психологические проверки и готовы служить своей стране до конца, то… я не знаю, тут нужна дверь.

– Не станешь закрывать? – удивлённо спросил Сельчук

– А зачем? Террористов среди пассажиров точно нет. Я уверен.

– Ствол откуда? – сморил меня Сельчук таким тоном, что я должен сдаться по обвинению в измене Родине.

– Лёха дал. Говорит, списанный.

– Понимаю. Такие только у полиции остались… Немного помучаешься, пока патроны не раздобудешь, а там может и что-нибудь другое достанешь.

– А вот и патроны. Сколько – не считал, но думаю, штук сто наберётся.

– Вопрос снят. Хорошо, управление справа, контроль слева.

– Вас понял. Запрашивайте запуск двигателей.

– Понял. – ответил мне Сельчук и нажал на кнопку радио. – Победилово-старт, Аэрофлот два четыре один семь. Запрашиваю запуск двигателей.

– Аэрофлот два четыре один семь, запуск разрешаю.