Биологическая опасность. Последний приказ

 – сказал я. – С сахаром.

– И мне тоже, но без сахара. – сказал Виталя.

Вообще-то пилотам запрещено принимать одну и ту же пищу во избежание полной потери управления самолётом. А то никто не знает, как управлять самолётом, если оба пилота посменно сидят в туалете с отравлением. Если знаете, подскажите.

Оля удалилась из кабины, когда к нам зашёл Жека и притащил два шлема с приделанными к ним ПНВ.

– Лучшее, что смог придумать. Не обессудьте.

– Главное, что есть, и они работают.

– Ясно. – ответил я, тоже надевая и настраивая шлем.

Небольшая настройка ПНВ далась мне довольно легко, так как в одной из частей "Call of Duty" принцип работы таких вот приборов был повторён так, как будто это настоящий прибор.[1]

– Мальчики, кофе, как заказывали. – шутливо сказала Оля.

– Спасибо. – сказал я. – Можешь посидеть в кабине? Мне надо отвлечься.

– Да, конечно.

Я вышел из кабины и остановился на передней кухне. Кофе, который налила мне Оля, оказался без сахара, так что пришлось позаимствовать у неё пару пакетиков сахара и пластиковую дырявую палочку для размешивания.

С трудом выпив кофе, я вошёл в салон бизнес-класса, который был занят экипажем и теми, кого я распорядился посадить туда. В их число попали Лена, Мишель и Харитон Владимирович.

– Как ты? – спросил я жену.

– Нормально. Только до сих пор не верю, что Киров пал.

– Я тоже не верю, но что случилось – то случилось.

– Вы о чём? – спросил меня по-английски Мишель.

– О своём. Не жалеешь, что с нами отправился?

– Нет. За своей Джокондой я готов улететь хоть на край света! – воскликнул он мне.

Бахвальство да и только. Блин, эту романтическую фигню мне говорит человек старше меня, а я по закону могу считать себя "молодёжью"! Хотя… может и вправду говорят, что любви все возрасты покорны? И нашему французу на фоне этой самой любви конкретно снесло крышу.

– Слушай, а тебе…

– Домой? А что дома? Дом мой в Париже, а от него остались только угли.

– Какие угли? – удивился я.

Стоит сказать, что последние две недели я особо за новостями не следил, так как был в очень плохом состоянии. И сейчас практически любые новости, за исключением мятежа военных, меня не удивили.