Победа в лабораторных условиях

Марика прижала «Жизнь, победы и поражения принца Тордена» к груди и сообщила:

– Историческую книгу.

– Про что? Покажите-ка? Где вы это взяли…

– Мне лорд Трил рекомендовал, – без колебаний соврала Марика, и гувернантка успокоилась.

Нет, расставаться с Торденом Марика точно не собиралась. Он только-только, бедняга, выбрался из плена и поправился, но война с Остеррадом ещё была в самом разгаре, а сам Торден страдал от дурных снов и заново учился владеть мечом. Марика боялась за него.

Именно Торден помог ей стойко преодолеть первые два дня мучений.

Каждый раз, собираясь пожаловаться на боль в животе и слабость, она вспоминала строчки: «Племянник Тордена в своих дневниках отмечал, что боль была постоянным спутником его дяди, и только искусная магия его жены, леди Эльзы, могла ненадолго облегчить страдания, которые он, впрочем, переносил с удивительной стойкостью». Ей думалось: раз Торден мог постоянно мириться с болью в плече и колене, не ныть и не жаловаться, то она уж точно сможет немного потерпеть неприятные ощущения в животе. Наверняка Тордену не понравилась бы лежебока и плакса.

На четвёртый день кровь перестала идти, и Марику вызвали родители – праздновать. К этому моменту, надо сказать, стойкость, позаимствованная у Тордена Дойла, начала иссякать. Боль прошла, словно её и не было, а вот с магией творилось что-то невообразимое, и Марике казалось: ещё одно неудачное колдовство – и она закричит.

Сидя за накрытым столом между папой и матушкой, она старалась улыбаться, но была вынуждена руками накладывать себе мясо и овощи.

Матушка радовалась и повторяла, как она горда:

– Такой скачок сил – это даже больше, чем мы могли ожидать. Дорогая, это же замечательно!

Папа реагировал спокойнее, но и он выражал радость.

После чая матушка удалилась – её ждали в Ориуме. И тогда Марика, тяжело вздохнув, спросила:

– Зачем мне столько сил, если я даже чашку не могу подвинуть, не разбив?!

– Вот в чём дело, – проговорил папа, поджимая губы.

 – Изволишь жаловаться?

Этот тон означал, что Марика совершенно неправа. Но она была готова к спору и не удержалась, повысив голос:

– Да! Да, я уже почти неделю не могу колдовать! Как… как какое-то стихийное бедствие! Я хочу обратно свою магию!

– Ты рождена с большими силами, – строго произнёс папа. – Учись ими владеть. До сих пор магическое искусство давалось тебе легко как дыхание.