«Игроки». Легендарные истории о футболистах и их приключениях на поле и вне его

Некоторые исследователи полагали, что у Синделара и его девушки были еврейские корни, что могло послужить причиной убийства или самоубийства, однако впоследствии эти предположения были отвергнуты. «Эти истории – сказки, – утверждает Польстер. – Синди купил кафе, а Камилла – бар. Если бы они были евреями, им бы не позволили это сделать. Евреям запрещалось иметь такую собственность, Синделар купил свою кофейню как раз у одного еврея и тем самым спас его от разорения, потому что нацисты просто отобрали бы у него заведение».

Скорбь нации

На похороны Синделара пришло 15 тысяч человек – и многие были убеждены, что провожают в последний путь невинно убитого человека. Журналист Альфред Польгар писал: «Синделар следовал за городом, чьим ребенком и чьей гордостью он был, до самой смерти. Они настолько неразрывно были связаны друг с другом, что даже были убиты вместе». Кажется горькой иронией, что этот австриец, горячо любивший свою родину и с трудом переживший ее растворение в нацистской Германии, заплатил столь высокую цену – в глазах некоторых – за оскорбление фашизма.

Фриц Польстер: «Так много было написано, так много было сказано, когда Синди умер. Его гол и его победный танец были очень важны для нас. Это был его способ сказать: “У меня свои ценности и убеждения, которые вы не сможете у меня забрать”.

Звонимир Бобан и удар, который развязал войну

Есть хорватский футболист, который немного отличается от всех остальных тем, что, еще будучи молодым игроком, одним движением крепко связал вместе футбол и политику. Нет, я не о Виде. Его имя – Звонимир Бобан. Его ожидала великолепная карьера: четыре скудетто с Миланом, Кубок Лиги чемпионов и капитанская повязка в сборной Хорватии, которая, несмотря на все прогнозы, заняла третье место на чемпионате мира 1998 года во Франции.

Однако, несмотря на все спортивные достижения, Бобан для многих стал симоволом нации и хорватской свободы за тот удар, который он нанес полицейскому и который послужил символическим началом войны в Югославии.