Начало исхода. Сборник рассказов

Не один бочонок наливки они распробовали в длинных беседах, а теперь, вечно неунывающий дворянин, офицер гвардии пусть и в отставке, помирал и помирал, судя по его виду сильно серьезно, так как лицо сильно осунулось и посерело, обозначив сильно ввалившийся рот из которого слышались непонятный скрипы и всхлипы, и разом как-то утратившие синеву глаза.

– Вот, – тяжко выдавил из себя Карачаров, – умираю, кажется… Ты уж причасти меня…

– Да брось, батюшка! – замахал резво на него попик руками и даже погрозил кулаком – Куда ты собрался-то? А уговор? – тут стоит отметить, что меж попом и нашим помещиком не далее, как лет пятнадцать назад при весьма интересных обстоятельствах был дан уговор дожить до ста лет, чтоб посмотреть, чего там, в новом-то тысячелетии интересного будет.

Попу зарекаться было явно сподручней, ибо был он моложе и на тот свет особо не торопился, так как сильно-то не веровал в благоприятный исход, а Илье Степановичу хотелось просто узнать, что там с Турцией-то, возьмем мы Константинополь, или повременим малость. Вот теперь и вздумал попик надавить на больную тему, но секунд-майора этот уговор уже не тяготил.

– Тут не до уговоров. Облегчить душу надо… Нагрешил-то я сильно. Да и есть кое-что… что высказать надо. Нельзя с этим на тот свет идти…

– Это ты-то грешник, что ли, Илья Степанович? – округлил в изумлении маслянистые неспокойные глазки поп – Да ты бога-то побойся!

– Молчи… – вяло мазнул рукой перед лицом умирающий и к чему-то прислушался… – Не до тебя сейчас.

Пока за мной не пришли, хочу рассказать тебя кое-чего… – поп, недоуменно уставившийся на умирающего при слове «пришли», подобрался тут же поближе и присел на табурет у изголовья кровати.

– Ты же знаешь, где я служил? – для начала поинтересовался Илья Степанович у приятеля.

– Да кто же не знает-то? – еще более удивился поп. – Вестимо где – в лейб-гвардии Семеновском полку.

– Ну, так вот… – скривился почти безгубым ртом умирающий – По гвардии я в отставку вышел, по заслугам, а вот служить-то мне довелось по горному ведомству.

– Да как же так? – развел руками поп и тут же заозирался. – А за какие же заслуги в гвардии майоры-то жалуют?

– Знамо за какие… – странно как-то поглядел умирающий на попа, – за тяжкие… Я, как ты знаешь в службу вышел еще при Петре-батюшке. Лично его видывал. От него же и чин капрала и пару фонарей под глаз успел получить. Большущего ума человек был. Большущего… Но изверг, каких свет не видывал.