Танамор. Опасное наследство

И тут на меня снизошла восхитительная, потрясающая идея. Я спасен. Судьба не зря послала мне эту встречу. Я спасен!

Бен сказал: «Если бы мне хоть раз досталось тело сразу после смерти, думаю, у меня могло бы получиться». Ирландка только что умерла. Если я сумею дотащить ее до Бена, может, ему удастся оживить ее по-настоящему? А когда он поймет, как это делается, то и меня сможет вернуть!

Эта мысль придала мне таких сил, что я смог встать. Мои ладони были в крови, и пару минут я провел, оттирая руки краем мокрого шейного платка.

Собственно говоря, я весь был мокрый после сплава по реке, но почти не замечал этого. Холоднее, чем раньше, мне уж точно не стало – ну, хоть какая-то приятная новость.

Еще недавно я твердо решил не видеть Бена больше никогда в жизни (и тем более после смерти), но теперь пришлось переменить планы. Правда, чтобы добраться до него, надо было решить два вопроса. Во-первых, где я? Во-вторых, как дотащить тело, если я сам еле иду? Можно было сходить за Беном, но я боялся, что не найду этот закоулок снова.

Ответ на первый вопрос нашелся довольно быстро: плыл я вниз по реке, значит, нужно идти вверх по течению, не теряя реку из виду, – она проглядывала между домами. Со второй проблемой оказалось сложнее: я подхватил тело под мышки, охнул и тут же выпустил. Какая тяжесть! От натуги в костях что-то пугающе хрустнуло. Нет уж, надо придумать способ получше.

Прощаясь со мной, директор пансиона выразил надежду, что школьные знания мне пригодятся, но бедняга вряд ли догадался бы, для чего именно.

В частности, чем могут помочь слова старины Архимеда о том, что с помощью точки опоры он перевернет мир.

Ирландка была одета в старое мужское пальто. Я стащил его с нее и расстелил на земле. Перекатил на него тело, взялся за угол ткани и потащил. Пальцы не сгибались как следует, ткань выскальзывала, продвигался я со скоростью улитки, – но бедняки даже не представляют, какую силу воли способны развить у знати годы жизни в холодных враждебных пансионах.

Ради того, чтобы ожить и вернуться к нормальному существованию, я готов был на все.

Дома вокруг стали почище, и я уже обрадовался, что скоро моим мучениям придет конец, но тут произошло то, чего я опасался с самого начала. Послышался стук копыт, и на улицу, по которой я волок ирландку, вырулил экипаж. Видимо, подвозил какого-то ночного гуляку домой, а может, колесил по городу в поисках случайных пассажиров.