Игра в любовь

Но к счастью Валентина ничего не услышала, она только нахваливала талию Лизы, видно только ей одной эта часть одежды было по душе. Ведь каждый раз с улыбкой она расхваливала талию Елизаветы.

Наконец Лиза была одета и заплетена. Длинные каштановые волосы вились до самой груди, и в них красовался красный цветок, который ей вплела в волосы Валентина.

–Что вы вчера делали ночью на кухне? -спросила няня у Елизаветы.

– Я? – не поняла девушка, – Ничего! -соврала она, рассматривая себя в большом зеркале в углу, в котором виднелась вся ее одежда: от цветка на голове, до розовых туфелек.

– "Oh diel! Que c'est beau!" (Фр. -"O Боже! Какая прелесть!") -воскликнула про себя Лиза, восхищаясь своим отражением в зеркале.

Тут опять послышался голос Валентины и то, что она сказала заставило Елизавету обернуться:

Если вы еще раз устроите трапезу ночью на кухне, я все расскажу Арины

Владимировне. – Няня, прошу тебя, я больше так не буду, не говори ничего маменьке.

Мне просто захотелось, есть, – попросила Лизавета, как обычно надув губки и похлопав длинными ресницами.

– Хорошо, -согласилась няня, -но, чтобы это было в последний раз, -предупредила она молодую хозяйку и вышла из комнаты, чему девушка была очень рада.

Вскоре и Лиза ушла из комнаты. Есть ей не хотелось, ведь совсем недавно она выпила горячий чай и съела булочку, которые принесла Валентина. И решила осмотреть дом.

Глава 9.

Елизавета миновала длинный коридор и спустилась по лестнице в гостиную.

Она решила начать снизу, а потом осмотреть и второй этаж, а может быть и вид в сад с крыши. В гостиной она задержалась на несколько минут, рассматривая картины на стенах. На одной был пожилой мужчина в полный рост, в военной форме, и с длинной бородой и с усами, но совершенно лысый, а внизу была надпись: " А. М. Тактаев"

"Должно быть -это отец Василия Андреевича -моего дяди", -решила про себя Лиза.

А на другой – молодая женщина лет двадцати пяти – двадцати шести, в темно- зеленом платье с разрезом до груди и жемчужным ожерельем вокруг шеи.

Волосы ее – русые, волнами лежали на плечах, частично прикрывая ожерелье. " 3. К. Пионова" -было подписано под картиной, но это имя ничего Лизе не говорило, она знала только одно -это кто-то из ее родни.

В гостиной так же весели бронзовая лампа и большие старинные часы, потемневшие от времени, с причудливой резьбой по краям.