Контролер

Рама подкинул на плече пулемет, покосился на профессора. Тот скрюченный под капюшоном сидел на транспортере столетней развалиной.

– Нам туда, – Малой пальцем указывал в сторону широкого коридора. В свете тусклой, мигающей под потолком красной лампы, Рама разглядел тянущийся по правой стене ряд разбитых, местами уцелевших панорамных стекол. Судя по осколкам, они были толстыми, возможно, бронированными и после взрыва реактора частично разрушились. Мелкие осколки валялись по полу и вспыхивали красными искрами синхронно с аварийной сигнализацией.

Вспыхивали и гасли шлема, стены, отполированный пол, понижали эффективность ПНВ. В итоге Рама отключил «ночник» и воспользовался фонарем.

Он сильнее притиснул приклад к плечу и с мыслями о ШАРЕ плавным, перекатывающимся шагом двинулся дальше. Не будь на нем бронемаски со встроенным респиратором, он не был бы таким уверенным в своих действиях.

Легкий запах тухлятины тянулся из поджидающей впереди темноты. Малой с Профессором чувствовали его и были к этому готовы.

Но кроме запаха, Рама не обратил внимания на поведение младшего научного сотрудника. Тот перестал бегать к своему патрону за инструкциями, а Олег Юрьевич на шагающей машине вовсе стал незаметным. Он не издавал ни звука и казался мертвым, если бы не пальцы, которые едва уловимыми движениями управлялись с джойстиком.

Рама крался по коридору, весь обращенный в слух и зрение. Осколки мерзко скрипели под подошвами. Справа за разбитыми стеклами проплывали лаборатория с множеством приборов и исследовательским оборудованием.

Некоторые массивные установки занимали место от пола до потолка. Кое-что спецназовец узнавал: хирургический стол, хирургическая люстра над ним, облучающая рамка, МРТ, столик из нержавейки под инструмент, аппарат искусственной вентиляции легких, медицинский шкаф, микроскоп, пробирки, колбы. Пожалуй, и все.

В отличие от него, научникам, в особенности профессору, все было предельно ясно. При виде лаборатории он оживился, повернулся вполоборота к разбитым перегородкам.

Его влажные глаза алчно поблескивали из капюшонной темноты. Малой тоже, то и дело поворачивался в ту сторону, словно там скрывался магнит.

Рама не сразу разглядел на полу прямо по курсу вытянутый предмет с утолщениями на краях, а когда это ему удалось, остановился как вкопанный. Предметом оказалась бедренная человеческая кость. Так, он подумал, хотя вполне могла быть костью мутанта. Но он почему-то сразу решил, что именно человеческая.