Шаги Командора или 141-й Дон Жуан

Начало европейской одиссеи Оруджа Баята

Наконец, я увидел его. Вернее, на расстоянии ощутил его присутствие. Он переменил «имидж». Я почувствовал запах лука и оглянулся. Мне предстал субъект с аккуратно зачесанными назад лоснящимися (наверно, гелем смазал) черными волосами в синей рубашке и брюках, в легкой куртке, торчавший у такси марки «семенд». То ли он ждал таксиста, то ли наоборот. В руках цветная газета, листает, вроде почитывает, но почувствовал, что мысли его заняты не газетой, а нами. Почему я так подумал? Наверно, киношные шпики вспомнились; они вот так же следили за объектом наблюдения.

Интересное занятие. В центре Исфагана я наблюдал за моим «наблюдателем». Он напоминал каменное изваяние, которое мне приснилось перед отъездом из Ардебиля. Приснилось, что я с молотом в руке колошмачу этого каменного истукана, а может, и не истукана, а какого-то монстра, собираясь его прикончить, а он никак не реагирует и не думает подыхать, только тупо зыркает на меня. В конце концов он возьми и встань.

И пошел на меня. Махина, громадина. Я пустился бежать. Но этот каменный гигант настигал меня – я десять шагов, он – один… Вид жуткий, шагает как робот. Я со страху, что ли, оторвался от земли, взлетел, да куда там, он был такого высоченного роста, что, кажется, протяни ручищу – заграбастает… проснулся в холодном поту.

«Наверно, очередная галлюцинация», подумал я.

Смотреть – не смотрел на него, а так, краешком глаза косился, можно сказать, следил интуитивно. Человек возле такси не двигался с места.

Наконец, появился шофер, сел за руль, «синерубашечник» тоже занял место в такси, и я вздохнул с облегчением. Значит, интуиция меня обманула.

Накрапывал дождь. Небо нахмурилось, похоже, собирался ливень, но там, в небесной канцелярии почему-то медлили, может, выжидали, чтобы застигнуть нас врасплох там, где нет укрытия.

Походили немного по комплексу «Нагши-Джахан». Туристов – масса, не протолкнуться. Заплатив два «хомейни» (20 тысяч туманов), мы посетили музей.

Здесь больше, чем экспонатов эпохи Шаха Аббаса, были картины, отображавшие достижения современного Ирана, портреты духовного лидера аятоллы Хомейни, его изречения, суры Корана украшали стены.

Прекрасна исфаганская лампиония. Порой кажется, ты не в Иране, а в каком-то европейском городе, но женщины в чаршабе возвращали к действительности. Под этими покрывалами прятались таинственные объекты, и эти покрывала пресекали нескромные взоры, как броня.