Кругосветная география русской поэзии

То – град твой, Юлиан!

Плещеев Алексей Николаевич

Люблю стремиться я мечтою

В ту благодатную страну,

Где мирт, поникнув головою,

Лобзает светлую волну,

Где кипарисы величаво

К лазури неба вознеслись,

Где сладкозвучные октавы

Из уст Торкватовых лились,

Где Дант, угрюмый и суровый,

Из ада тени вызывал,

К стопам Лауры свой лавровый

Венец Петрарка повергал,

Где Рафаэль, благоговея,

Изображал мадонны лик,

Из массы мрамора Психею

Кановы мощный перст воздвиг,

Где в час, когда луны сияньем

Залив широкий осребрен

И ароматное дыханье

Льют всюду роза и лимон, —

Скользит таинственно гондола

По влаге зыбкой и немой,

И замирает баркарола,

Как поцелуй, в тиши ночной!.

Где жили вы… Где расцветали

Роскошно-гордою красой!

О, расскажите ж, как мечтали

Вы в стороне волшебной той!

Я вас заслушаюсь… И в очи

Вам устремлю я тихий взгляд —

И небо южной, дивной ночи

Они поэту заменят!..

Иванов Вячеслав Иванович

МОНАСТЫРЬ В СУБИАКО

За мной – вершин лиловый океан,

И крест, и дверь – в конце тропы нагорной,

Где каменных дубов сомкнутый стан

Над кручей скал листвой поникнул черной.

Как стая змей, корней извив упорный,

Проник утес в отверстья старых ран:

Их сеть тверда, как их оплот опорный,

Их сень вотще колеблет ураган.

Вхожу. Со стен святые смотрят тени,

Ведут во мглу подземную ступени,

Вот жертвенник: над ним – пещерный свод.

Вот вертоград: нависли скал угрозы,

Их будит гром незримых дольних вод,

А вкруг горят мистические розы.

Гумилёв Николай Степанович

МАНЛИЙ

Манлий сброшен. Слава Рима,

Власть все та же, что была,

И навеки нерушима,

Как Тарпейская скала.

Рим, как море, волновался,

Разрезали вопли тьму,

Но спокойно улыбался

Низвергаемый к нему.

Для чего ж в полдневной хмаре,

Озаряемый лучом,

Возникает хмурый Марий

С окровавленным мечом?

МОРЕПЛАВАТЕЛЬ ПАВЗАНИЙ

Мореплаватель Павзаний

С берегов далеких Нила

В Рим привез и шкуры ланей,

И египетские ткани,

И большого крокодила.

Это было в дни безумных

Извращений Каракаллы.

Бог веселых и бездумных

Изукрасил цепью шумных

Толп причудливые скалы.

В золотом, невинном горе

Солнце в море уходило,

И в пурпуровом уборе

Император вышел в море,

Чтобы встретить крокодила.

Суетились у галеры

Бородатые скитальцы.

И изящные гетеры

Поднимали в честь Венеры

Точно мраморные пальцы.