Театр тающих теней. Под знаком волка

– Подобные умозаключения могут делать только невежды! Где ваша бабушка нашла этот мусор – на Тишинке или в Измайлове?

И кто из них двоих невежда? Считать себя специалистом и не видеть, что на этих почти прозрачных листах бумаги тот же почерк, что на вулфовском цикле «ТТT. Op.2», только пока еще более скованный, не раскрывшийся во всю мощь. Но та же завораживающая красота.

Волна накрывает старый город, старую жизнь, сметая их с лица земли, но на самой верхней точке волны, как в волшебном зерне, зарождается новая жизнь и новый город, поразительно похожий на Петроград.

Волк в прыжке вонзается в горло зверя в матросской тельняшке. Ветер разметает листья деревьев, листы бумаги, маленьких девочек, и женские руки силятся поймать, уловить, собрать всё разлетающееся воедино…

Как препод может учить искусству и не понимать очевидного?! А она два года учебы ему так верила, считала Наставником. Никакой он не Наставник, а обычный унылый чинуша от искусства – не подписано Ant.Wolf, значит, подделка. А что, если в юности Вулф подписывался иначе?!

Хлопнула дверью, разрыдалась, не отвечая на вопросы однокурсников, побежала домой.

В неурочное время – должна еще полдня сидеть на парах, но какие тут пары.

Не разбирая пути, добежала до нового дома, не обращая внимания на столпившихся около подъезда фанаток мужа, влетела в квартиру и…

Меньше, чем через минуту вышла, закрыв за собой дверь. Всё.

Пути обратно больше нет.

Пути обратно к мужу больше нет.

Пути никуда нет.

Некуда идти. Некуда и не к кому идти.

И развидеть это невозможно.

Был бы папа жив, прибежала бы к нему, прижалась, и стало бы легче.

Папа пропал без вести, когда ей было неполных пять лет. Несколько лет ожиданий, надежд, безнадежности и мук, и в конце всего известие, что тела отца и его коллеги найдены.

Мама с новым мужем, новыми детьми и новым счастьем давно от нее отдельно. В новом мамином счастье для нее места нет.

Бабушка… До недавнего времени была бабушка, лучшая в мире бабушка Буся, папина мама, но она недавно умерла.

Умирать бабушка собиралась еще в ее детстве. Все шептались, что у нее какая-то неизлечимая болезнь. Но когда погиб папа, а мама предала, бабушка заявила, что пока не вырастит внучку, не умрет.

Вырастила. И умерла.

Бабушка…

Не зря люди прежде соблюдали траур – год или больше. За год она бы всё про своего мужа поняла, и в такой идиотской ситуации не оказалась. Бабушка самой своей смертью говорила – подумай, не торопись, а она не послушала.