Наследница вампиров по прозвищу Черная роза. Книга 2

Ведомая невидимой силой и не замечая ничего вокруг, я надела на себя медальон и прикоснулась к его сердцу кончиками пальцев. Как только я это сделала, меня пронзило молнией. От боли я потеряла сознание.

Очнувшись на руках деда Марчела (десницы короля вампиров, придворного лекаря и экстрасенса), я увидела перед собой, перекошенные от страха лица родителей и родственников. Из глаз, носа, рта и моих ушей вытекали струйки крови. Это возникло вследствие сильнейшего магического перенапряжения, которому я подверглась под влиянием медальона.

Позже мне прочитали рацеи о том, как опасна магия, и что, благодаря деду Марчелу, пожертвовавшему своей силой, мне чудом удалось избежать смерти. После долгих нравоучений и проповедей на эту тему наложили табу, и больше не проронили ни слова, не желая отвечать на мои расспросы. Но и тут мне удалось выкрутиться и разузнать более подробно о том, что все же со мной произошло. Прикинувшись спящей, мне посчастливилось подслушать разговор родителей и деда Марчела, который с волнением рассказывал о том, как на меня влияет переходный возраст и о том, что из-за этого, растущая во мне сила активировала камень в медальоне, энергия которого была сродни моей.

Еще он сказал, что я открыла своего рода «ящик Пандоры», и если никто не хочет получить катастрофу, учитывая мой авантюризм, нужно оградить от магических энергий и посоветоваться по этому поводу с каким-то оракулом.

С тех пор магия и все, что было с ней связанно, было под строжайшим запретом, а медальон, дядя Дэш, пытаясь оградить меня от подобного случая, повесил себе на шею и больше не снимал его никогда.

Неожиданно в двери детской постучали.

Испугавшись, что меня застанут с книгами из дядиной частной коллекции, которые в принципе не должны быть в моих руках, я со всего маху запульнула их под одну из кроватей.

В комнату сыновей вошла тетушка Лучия. Увидев меня здесь, она удивилась, но вместо того, чтобы отчитать меня за несанкционированное проникновении, принялась позорить мой внешний вид.

– Ты только посмотри на себя! Да ты же похожа на чертенка, а не леди! – Охая, заламывала она руки.

– А что такого? – Я краем глаза взглянула на чумазую растрепу в измятых лохмотьях, что отражалась в серебряном зеркале, стоящем в углу детской. – Вполне себе прилично.

Мой вид не смутил меня, а вот то, как тетушка расписывала его, с лицом, полным брезгливого изумления, наоборот.