Наследница вампиров по прозвищу Черная роза. Книга 2

Мне было невыносимо наблюдать за тем, как она все больше становится похожа на Радмилу, как ее детские пухлые щечки втягиваются, тело удлиняется и обретает соблазнительные округлости, а из ее неземных неоновых глаз исчезает детская наивность, которую заменяет собой проницательность и таинственность, сокрытая за семью печатями.

Из-за кардинальных изменений во внешности племянницы и сходстве ее с возлюбленной, я уже не мог ее воспринимать, как свою подопечную или родственницу. Отцовские чувства тоже растворились во времени, и я стал чаще замечать, что мне сложно отвести от Авроры взгляд.

Я понимал, что это неправильно, неестественно, безумно, но не мог запретить себе перестать думать о ней. Вскоре мои метания превратились в настоящую боль, терзающую душу адским огнем. Чтобы избавиться от этих чувств, я отдалился от нее, и воздвиг между нами невидимую стену, о которую каждый раз билась Аврора, желая сквозь нее пробиться.

– Ты всегда останешься моей малышкой. – Слукавил я, чтобы поддержать племянницу в трудный для нее период, и поймал себя на мысли, что эти слова звучали в большей степени для меня, чем для нее.

– Правда – правда?

– Честно-честно. – Усмехнулся я, глядя в ее большие наивные глаза.

– Тогда научи и меня всем этим приемам, что только что сам делал! Ха! Кья! – Она комично махнула передо мной руками, подражая моим движениям воображаемой борьбы. – И покажи, как ты вызываешь пламя! – В ее глазах, сверливших меня, заискрились нетерпение и жажда познать все тайны эзотерики.

– Щас-прям! Ну и аферистка! Хах! – Ухмыльнулся, удивляясь, как быстро она из невинной овечки перевоплотилась в пантеру, готовую схватить одураченную ею жертву. «Она никогда не упустит своего». – Подметил я. – Твои родители против этого, а я не собираюсь им вставлять палки в колеса, касаемо твоего воспитания.

– А мы им не скажем! – Лучезарно заулыбалась она, когда ее брови вопросительно изогнулись.

– Ну уж нет! Зак убьет меня, а я пока не намерен упокоиться. Так что, твердое «нет»!

– Дарк, ну пожалуйста. – Она, поднявшись на носочки, обвила мою шею своими руками, и заглядывая в глаза заклянчила.

Вот уж маленькая паршивка, ведь знает, что я не могу ей отказать, когда она делает такое страдальческое лицо, поэтому с младенчества вила из меня веревки.

– Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста! – Тараторила она, теснее прижимаясь ко мне всем телом.