Жизнь на гранях миров

Тот хотел войти, но, подумав, кивнул слуге: пусть парень сам порадует правителя, в услужении у владыки не слишком-то сладко живётся.

Адамар показался тут же, крепко обнял, повёл внутрь шатра:

– Полночи не спал, думал, ты появишься. Ну-ка, покажи мне своё первое боевое ранение!

– Если бы боевое! – усмехнулся Игорь. – Предательское, в спину, – он обнажил плечо. – Вот так действует переход по мирам. Ничего! Хотя от кровопотери был слаб, пришлось сидеть дома три дня.

Адамар провёл пальцами по коже, помял плечо:

– Трудно поверить.

– А кто сказал?

– Шалиян. Она приходила и рассказала, что своими руками помогала вытаскивать стрелу.

– Ты видел наконечник?

– Видел.

– И что?

– Ты хочешь спросить, чей наконечник? Наш, конечно. Лучника зовут Демза. Младший брат Гофора.

Владыка был очень спокоен, но Игорь напрягся так, что сердце застучало, как молот.

– Адамар! Ты хочешь сказать, что Гофор, один из лучших твоих людей, прямой, честный воин, подослал своего брата…

– Не я хочу сказать.

– Здесь что-то не так! Гофор был с тобой с самого начала…

– В том-то и дело! Он был со мной с самого начала, считал себя моим другом, а потом появился ты и оттолкнул его, забрал то, что, по его мнению, ему принадлежало.

– Место подле повелителя… – нахмурился Игорь. – Ладно, понимаю: ненависть, ревность. Но зачем подослал брата, тем более младшего? Сам, что ли, не мог убить?

– Сказал, что владеет луком не так хорошо, как брат.

Игорь тихо опустился на ложе:

– Не верю! Я мог бы понять, если – кто-то холодный, расчётливый, но Гофор! Он простоват, конечно, но никогда не подумал бы, что именно он.

Адамар сел рядом:

– Холодный и расчетливый не стал бы убивать прямо в лагере, а дождался первой битвы и выстрелил, когда ты у всех на виду, посреди поля, чтобы это выглядело случайной стрелой. У Гофора на это ума не хватило.

– И что теперь?

Владыка смотрел в упор:

– Хочешь знать, что будет с обоими?

– Да.

– Велю казнить.

– Адамар!

Игорь отпрянул, потому что внезапно владыка склонил к нему разгорячённое, разгневанное лицо:

– Я вижу в твоих глазах то, что видел всегда: ты жалеешь людей! Но это – не время жалеть, а время наказывать! Мне не удалось бы держать в повиновении пять тысяч воинов, если б я был таким, как ты. Я не потерплю, чтобы мои солдаты стреляли мне в спину!

– Стреляли в мою спину, Адамар, а значит, я имею права просить.