Избранницы. 12 женских портретов на фоне времени

Екатерина Павловна пошла открывать. Вошла Юля, племянница и крестница мужа, дочь его родного брата Алексея. Алексей Иванович Чистов был личностью незаурядной. Староста села Жегалово под Щелковом, депутат IV Государственной думы от крестьян, вошедший во фракцию прогрессистов, он пользовался всеобщим уважением. А в марте 1917 года лично сопровождал великого князя Николая Николаевича в Ливадию, что подтверждалось удостоверением за подписью Председателя Временного комитета Государственной думы Родзянко. После революции и национализации мыловаренного производства Чистовых Алексей Иванович продолжил дело своих братьев, но уже в Москве, на фабрике «Свобода», как один из лучших специалистов в мыловаренном деле.

Говорят, сама Александра Михайловна Коллонтай зачем-то приезжала к нему в Щелково на автомобиле, что произвело в городке сенсацию. А отец его жены Ольги, Иван Иванович Юхов, руководил очень известным в России хором, с которым не раз пел Федор Иванович Шаляпин. Именно хор Юхова отпевал умершего Ленина, его запись звучит за кадрами кинохроники.

Екатерина Павловна была как-то по-особому расположена к племяннице. Возможно, потому, что им со Степаном Ивановичем Бог детей не дал, а с сыном, всецело поглощенным революционной деятельностью, они виделись редко. Юля была самым близким для Екатерины Павловны человеком. Она часто навещала тетушку, помогала ей по хозяйству и слушала ее рассказы о прошлом. Юля знала многое. Даже то, что в потайном ящичке туалетного столика на всякий случай припасен яд – цианистый калий, убивающий мгновенно.

Зачем он Екатерине Павловне, племянница не спрашивала. Юля не торопилась выходить замуж (она так и осталась старой девой) и всю свою любовь и заботу отдавала тете, прожившей бурную жизнь. Жизнь, похожую на пьесу, точнее, на криминальную драму с трагическим финалом.

Екатерина Павловна любила делать Юле подарки – то кольцо, то бусы, то часы. Но все это было в прошлой жизни, когда она была довольно состоятельна. Сейчас она приготовила для девушки изящный темно-синий альбом с собственноручно вклеенными семейными фотографиями.

Тетя и племянница неторопливо пили чай с кусочками колотого сахара. Момент прощания почему-то затягивался.

– Возьми еще что-нибудь на память обо мне.

Екатерина Павловна обвела взглядом убогую комнатку, где стояла лишь самая необходимая, порядком обшарпанная мебель. Это жилье в деревянном домишке рядом со станцией Воронок на окраине Щелково ей выделили после смерти Степана Ивановича.