Орден Безликих

Либо броситься к мучающемуся капитану… Обниматься с ним он собрался что ли?.. Я строго пресекал подобные порывы. Так как для умирающего капитана, мы сделать больше ничего не могли.

Встав в полный рост, я замер над бьющемся в конвульсиях офицером.

Смотреть на смерть со стороны всегда неприятно. Уж мне так точно. Я не маньяк чтобы получать от этого удовольствие, и не врач с атрофировавшимся чувством жалости, чтобы оставаться к этому равнодушным. Нет. Но я смотрел на умирающего офицера,.. сам не знаю почему.

Может быть для того, чтобы паренёк, чьё сознание я подавил своим, что-то вынес из этого, и в будущем реагировал на смерть более спокойно. А может… Что-то меня заставляло смотреть на умирающего человека!

В ушах будто снова раздался голос потустороннего лицедея: – "Загляни наружу. Там тебя ждёт подарок."

Глаза Капитана внезапно открылись.

Сознания – в них не оставалось. Только боль предсмертной конвульсии. Глазные яблоки крутятся из стороны в сторону не в силах сфокусироваться хоть на чём либо… Но когда наши взгляды пересеклись, зрачки офицера будто не смогли двинуться дальше.

Меня… истинного меня!..  повлекло вперёд. Не физическое тело, а сознание. Тот же бестелесный дух, что висел в беспросветной ночи перед ликом многоликой маски…

Долю мгновения, одна сотая секунды, которая растягивается на бесконечный отрезок времени. То когда я чувствую ментальное перемещение из одной оболочки в другую! И когда оно закончилось – я почувствовал – БОЛЬ!

Пожар в каждой клеточке тела.

Воспалённые от кончиков до основания нервные волокна. Агония – что волной разъедающей всё на своём пути кислоты, начисто выбивает даже малую способность мыслить. АД! Который можно прочувствовать ещё на земле…

Кровавый туман застлал глаза. Тело корчилось в спазмах. Руки тянулись к левому боку, хотя вырвать из тела раскалённое ядро что засело где-то у почек. От которого ежесекундно прокатывались волны жаркого пламени.

Я уже не мыслил и не жил. Я умирал!..

И когда я почувствовал как боль начинает стихать, вместе с этим, в глазах стал меркнуть свет…

– Асано!

Раздался где-то далеко, за утихающим рокотом бьющейся в жилах крови, юношеский голос.

– Асано! Держись! Не умирай! Асано! – вместе с этим, кто-то тряс моё тело за плечи.

И когда сил цепляться за жизнь почти не осталось… Взгляды, встретились вновь.

…

Сказать что я был шокирован, всё равно – что ничего не сказать!

Это было непередаваемое ощущение.