Убийство царской семьи. Вековое забвение. Ошибки и упущения Н. А. Соколова и В. Н. Соловьева

В дневнике Императрицы Александры Федоровны [8] также указан факт изъятия всех драгоценностей 4 июля (21 июня), кроме тех, которые невозможно было снять (два моих браслета, по одному детскому браслету каждой и обручальное кольцо мужа). Сообщений о судьбе ящика с драгоценностями после 25 июня (8 июля), т.е. после принятия выше указанных законодательных актов (Конституции и Декрета «О национализации») в дневниках Императора Николая II и его супруги нет. Кроме того, последняя запись в дневнике Императора Николая II была сделана им 13 июля (30 июня) в день принятия Декрета «О национализации».

Из всего выше сказанного можно сделать вывод о том, что еще до 13 июля у царской семьи была произведена опись и условная конфискация всего ценного имущества. С учетом этого факта, нахождение в Доме Ипатьева и на заброшенной шахте множества личных вещей царской семьи, в том числе и драгоценностей, после 13 июля требует отдельного рассмотрения и объяснения.

В главе 25 книги Н.А.Соколова при определении роли Якова Мовшевича Свердлова в убийстве царской семьи есть один факт, который является подтверждением конфискации имущества у членов царской семьи, в том числе их дневников. 21 июля официальное большевистское «Бюро Печати» отправило из Москвы в Екатеринбург областному совету телеграмму №6153. Она датирована 19 июля 1918 года, в которой сообщается о том, что «в распоряжении ЦИК находятся сейчас важный материал документы Николая Романова его собственноручные дневники, которые он вел последнего времени дневники его жены детей».

Следователем Н. А. Соколовым был сделан вывод о том, что дневники и письма царской семьи никак не могли быть доставлены в Москву Я. Свердлову 18 июля (о которых он пишет в телеграмме №6153), так как они находились при царской семье в Екатеринбурге и для их доставки понадобилось бы преодолеть большое расстояние и пару дней пути.

«Как же можно было раньше убийства взять у него эти письма? Сделать это – раскрыть умысел убийства. Эти письма взяли у Царя, перешагнув через его труп».

Предположить о том, что дневники у живых пленников были изъяты вместе с оставшимися у них драгоценностями и другими вещами, почему-то следователь Соколов не сумел.