Беседа среди звезд

Она никогда ничего не говорила матери о своих болях, но сама брала все нужное из гомеопатической аптечки отца, так как знала, что ей необходимо. У нее часто воспалялась слизистая ткань в носоглотке, из-за чего она не могла дышать свободно. И тогда Владыка навел девочку на мысль последовать совету гувернантки-француженки и прижечь носоглотку, вдыхая горячий воздух от зажженной тлеющей пробки. Елена сделала это со всей присущей ей добросовестностью. Она вдыхала горячий воздух не менее часа, до ощущения определенного ожога.

После этого она никогда больше не имела затрудненного носового дыхания.

В течение семи лет, начиная с девятилетнего возраста, Елена училась в Мариинской женской гимназии. Обучение по всем предметам давалось ей легко. Память у нее была изумительная. Ей достаточно было один раз прочитать небольшое стихотворение на французском, немецком или русском языке, как она могла повторить его слово в слово.

Но присущая девочке сильная брезгливость делала ее жизнь нелегкой.

Своим врожденным обаянием она привлекала массу обожания со стороны других учениц. Это выливалось не только в преподнесение ей цветов и стихов, но и во множество прикосновений и поцелуев, а также в отрезание кусков ее лент и самих волос.

В силу слабого от рождения сердца Елена страшно уставала от напряжения в руках и ногах. После усиленного бега она иногда находилась в полуобморочном состоянии. И необыкновенные ее музыкальные дарования нельзя было развивать до профессионального уровня из-за большой нагрузки на руки, в связи с чем Владыка перевел ее страстную любовь к музыке на увлечение чтением.

Озарения раннего детства с особой яркостью вернулись к Елене в возрасте двенадцати – тринадцати лет. У нее появились представления о наставляющем ее Учителе и его луче, действующем на переустройство ее организма. Она ощутила мощную привязанность к нему, и даже осознала присутствие его Друга, который тоже был заинтересован опытом с ее организмом.

Елена и раньше видела этих двух великанов.

Это происходило в результате обострения внутреннего зрения при сильном повышении температуры. Сквозь стены, становящиеся как бы прозрачными, она наблюдала приход великанов в их петербуржскую квартиру. Они миновали длинные коридоры, достигали ее комнаты и садились в ногах постели. Один из них, синеглазый, с темно-русыми волосами, будучи более высоким, всегда слегка прикрывал собой второго, более тонкого и темноволосого.