Счастливому солдату…

А именно – девушка Игорю «строила глазки», постоянно поправляла свою прическу… теперь, уже будучи совсем взрослой, я могу сказать, что она флиртовала с ним.

Настроение мое было преужасное, я была просто в унынии.

Соответственно, и не улыбалась, как это делала девушка, будто это не мой был предсвадебный девичник.

Только спустя десятки лет, переписываясь с Оксаной, я призналась о причине моего настроя, чему она удивилась, так как на тот момент решила, что просто у меня мандраж перед свадьбой – из нас троих я первая выходила замуж, чужая девушка не в счет, я не знала даже ее имени.

Игорь много нас фотографировал и тоже не был в курсе моего плохого настроения; сказать точнее, он его не замечал.

Он был счастлив, что мы подали заявление и не за горами наша свадьба.

Кстати, мой отец всегда шутил, что замуж меня отдаст только за того, кто умеет на чем-нибудь играть.

Дело в том, что у него было хобби – игра на фортепиано, на гитаре или в шахматы.

Когда приходили в гости какие-нибудь ребята, отец мне намекал, что неплохо бы было мне обратить на кого-либо внимание… особенно на того, кто может сыграть с ним партию в шахматы.

Пианистов или гитаристов как-то не наблюдалось.

Я всегда отнекивалась: тот маленького роста или еще что-то говорила… на это отец отвечал, что «в кровати все равны». Но так далеко в будущее я не заглядывала.

Когда отец спросил у Игоря, на чем он может играть, то будущий жених пошутил: «на нервах».

Как бы там ни было, но в техникуме дали обходной лист.

В одной из граф значилась городская библиотека, в которой я ранее брала книгу и ее у меня украли.

Я не знала, какой найти выход из создавшейся ситуации, что приводило меня в ужас – диплом я не получу.

Игорь, узнав, что вопрос можно решить, оплатив стоимость книги в 10-тикратном размере, меня успокоил и все «организовал», чем привел в восхищение…

Была зима, в квартире очень холодно, и особенно в той комнате, где ночевал Игорь.

Однажды мама сказала, что ей жаль хлопця, занесла в комнату, где спала я с младшей сестрой на диване, раскладушку и точка.

Как мы с Игорем ни отказывались (стесняемся же, хотя и подали заявление в ЗАГС), мама стояла на своем: «жаль хлопця».

Наступила ночь.

Сначала мы с сестрой улеглись спать и выключили свет, потом зашел Игорь и тоже улегся в темноте на раскладушку, – в двух шагах от нас.

Какое-то время мы лежали молча, нам не спалось.