Верить в себя!

Пернатый обычно ночевал на люстре, до которой Басе было ну никак не допрыгнуть, что его сильно бесило и прямо выводило из себя, аж до мелкой трясучки в хвосте.

Когда хозяин видел замашки кота, то всё время почему-то заступался за попугая, заворачивая на Басю матом, а когда просто дико орал: «Брысь отсюда!!! Брысь отсюда!!!», чем унижал достоинство котюни ещё больше. Гладить и разговаривать с котом в последнее время он что-то совсем перестал, полностью. А попугай тем временем всё смелел и наглел, зачастую вольготно и нагло расхаживая по полу, так сказать – по чужой территории.

– Басион, вот ты мне скажи, ну что с тебя толку? Не поговорить с тобой по душам… А всё почему? А потому, что разговаривать ты не умеешь… А вот попугай научался! И ещё его можно с руки кормить… – А потом, чуть помолчав, хозяин добавил: Мне уже надоело тащить на себе такую бездарность, как ты. – И щелкнул кота по носу.

Ах, если бы знал кот, как дело для него обернётся, непременно научился бы разговаривать.

В этот злополучный для кота день Изяслава как всегда не было дома, и Бася про себя твёрдо решил изловчиться и если не закусить надменного попугая, то во всяком случае задать ему хорошую трёпку, такую, чтобы перья с него полетели.

Кот лежал на полу и внимательно следил за пернатым, приютившимся на люстре. И тут, неожиданно для Басиона, попугай легко спорхнул вниз и нагло уселся прямо перед котом.

«Ух, сейчас я тебя, дорогой мой, пощиплю, сейчас я тебя ухайдокаю! Я тебе пёрышки-то повыдёргиваю…» Уже стал выгибаться он перед коварным прыжком, но тут попугай на него как крикнет: «Брысь отсюда!!! Брысь отсюда!!!»

Бася от такой неслыханной наглости сначала так и застыл на месте, словно сфотографированный, а потом упал на пол.

«И зачем мне вся эта прыгучесть? Лучше бы говорить научился, тогда бы и не было тут этого засранца в перьях», – это было последнее, что подумал кот.

– Это инфаркт, тут без вариантов. – Это сказали уже ветеринары. Они-то прекрасно говорили вслух, поэтому и жили очень хорошо!

Вакантное место

(Работа для настоящих мужчин)

– Он оказался просто редкостной сволочью! Представляешь, набрал кредитов и… умер! Теперь кредиторы всю душу мне вымотали! – едва приоткрыв дверь кабинета в бюро по трудоустройству, услышал Александр Сергеевич, и по его телу волной поползли крупные такие мурашки.

Для России настали действительно трудные времена. На улице оказалось много народу.