Леди Элизабет

– Да, был, но, прося вашу мать сделаться его избранницей, он ставил ее превыше всего – можно сказать, поклонялся ей, словно небесному образу. Она полностью завладела его сердцем, и его счастье было в ее руках. Вот такая была у них любовь.

– В герцогстве Клевском по-другому, – язвительно заметила принцесса. – Там юным леди приходится сочетаться браком с теми, кого выбирают отцы.

– Здесь тоже такой обычай, – сказала Кэт. – Но король уже был женат. Он не мог просить ее стать его женой и потому призвал быть возлюбленной.

– Возлюбленной? – переспросила Элизабет, проводя пальцами по резной спинке, на которую когда-то опиралась голова ее матери.

– Той, которая владеет его сердцем, – ответила Кэт, сказав лишь половину правды.

– И она отказалась? Смелая женщина! – заявила Анна.

Элизабет тоже восхитилась. Ее мать и впрямь была выдающейся женщиной. Сколько же в ней было силы и отваги!

– Мой отец все это время очень ее любил? – спросила она.

Кэт помолчала, размышляя над ответом.

– Да, любил. Он не мог думать ни о ком другом. Он объявил себя главой английской церкви, чтобы жениться на вашей матери, и в конце концов добился своего.

После чего, естественно, все пошло не так, как хотелось, и Кэт решила отвлечь Элизабет от дальнейших расспросов.

– Давайте найдем вам спальню, – предложила она.

– Ах да. Сюда, пожалуйста. – Анна мгновенно поняла намек.

– А нельзя мне спать здесь? – спросила Элизабет, которой хотелось быть поближе к матери, вернее, к тому, что от нее осталось.

– Насколько я понимаю, это комната принцессы Анны, – нерешительно заметила Кэт.

– Совершенно верно, – любезно ответила принцесса. – Леди Элизабет может здесь спать. Я распоряжусь на сей счет.

Она улыбнулась девочке, и та благодарно посмотрела на нее.

– А теперь я покажу вам чудесный сад! – объявила Анна.

Где бы ни оказывалась Элизабет в Хивере, все напоминало ей о матери – в каждой комнате, на каждой садовой дорожке, в каждой тенистой беседке.

Бо?льшую часть имущества семьи Болейн забрали королевские чиновники, но кое-что сохранилось, в том числе кровать и портрет, – кому, думала Кэт, нужны были эти напоминания о падшей королеве? И все-таки даже без вещей Анны легко было представить, что она оставалась здесь, в Хивере.

– Ты бывала тут, когда… она жила здесь? – спросила Элизабет у Кэт в первый же день, когда они шли по цветущему саду.

– Один раз, – припомнила Кэт. – Здесь тогда было очень красиво.