Леди Элизабет

Нахмурившись, Кэт решительно повела Элизабет к открытым дверям. Порой приходилось взять дело в свои руки – ждать указаний из дворца можно было бесконечно долго.

Кэт усадила Элизабет на скамью в безлюдном большом зале. Все были во дворе, увлеченные дурачествами шутов и жаренным на вертеле мясом. В высоких многостворчатых окнах мерцали отблески пламени костра.

Кэт села рядом со своей подопечной.

– Вы правы, Элизабет, – сказала она, – кое-что действительно случилось, и, когда я вам об этом расскажу, вы поймете, почему не можете сейчас поехать во дворец.

Элизабет напряглась, не сомневаясь, что ее отец все-таки болен, ранен или вообще умирает, и приготовилась услышать дурное известие. Но, к ее удивлению, Кэт объявила:

– Все из-за королевы.

– Королевы? Она заболела?

– Нет, дитя мое, она впала в немилость, и даже хуже. Она серьезно согрешила и теперь сидит под домашним арестом в Сионском аббатстве.

– Что она сделала? – Элизабет смутно припомнился похожий разговор, случившийся много месяцев назад.

– Она изменила королю с двумя джентльменами, которых вряд ли можно так назвать, судя по их поведению. Понимаете, о чем я?

– Она… дала им себя поцеловать? – неуверенно спросила Элизабет, вспомнив, как ее отец целовал и ласкал юную жену.

– Не только, – сказала Кэт. – Между мужчиной и девушкой возможно куда большее, чем вы можете себе представить, невинное дитя.

В ее голосе прозвучали тоска и грусть.

– Мужчины, – продолжила Кэт, тщательно подбирая слова, – рождаются с корешком, а женщины – со щелочкой.

Ну, там, внизу. – (Элизабет поняла и покраснела.) – Чтобы родился ребенок, корешок должен войти в щелочку, но подобное дозволяется лишь после свадьбы. Но, как говорят, королева поступила так с другими мужчинами, изменив вашему отцу-королю, которому должна быть верна.

– Как она могла? – выдохнула Элизабет, широко раскрыв глаза.

Она с трудом представляла мужчин и женщин, предававшихся столь странному делу после свадьбы, и ей тем более не хотелось участвовать в этом самой.

Сама мысль о том, что отец занимается тем же с королевой, приводила ее в шок. Конечно, Элизабет лишь смутно понимала смысл слов Кэт, но они казались ей пугающими и крайне неприличными.

– И она сделала это с двумя джентльменами?

– Боюсь, что да, – ответила Кэт.

– С обоими сразу? – уточнила Элизабет.

– Господь с вами! – воскликнула Кэт. – Такие дела творятся наедине.