Леди Элизабет

Я слышала, он уехал в Брюссель.

– Удобная дипломатическая миссия, – добавил Дадли. – Ручаюсь, мы его долго не увидим.

– Я слышала, – прошептала Анна, – что, когда король предложил леди выйти за него замуж, она сказала, что скорее стала бы его любовницей, чем женой.

– Стоит ли ее винить? – спросила Маргарет Дуглас. – Вспомните Анну Болейн и Екатерину Говард! И как он поступил со мной! Я дважды побывала в Тауэре, и все из-за того, что любила мужчин, которых он не одобрял.

Элизабет, которая без зазрения совести слушала увлекательную беседу, слегка встревожилась, узнав, что новая королева любила другого мужчину.

Ей отчаянно хотелось предупредить Екатерину, чтобы та была поосторожнее, – жену короля, любившую кого-то еще, мог ждать ужасный конец. Уж это Элизабет было известно лучше других.

Услышав же о наказаниях, которым подверглась Маргарет Дуглас, она, к своему ужасу, начала понимать, что, когда придет время, ей будет не так-то просто противостоять воле отца. Девочке стало не по себе.

– Да это же леди Элизабет! – воскликнула принцесса Клевская, заметив, кто стоит рядом, и заключила девочку в теплые объятия, от которых той немного полегчало.

Дадли бросил настороженный взгляд на леди Маргарет, и все разошлись в разные стороны. Принцесса повела девочку назад, к уставленному яствами столу, но отчего-то сласти, которыми угощала ее Анна, уже не казались Элизабет столь привлекательными.

Позже, когда Кэт помогала Элизабет раздеться, та пересказала ей услышанное.

– Хорошо, что этого не слышал король, – тревожно заметила Кэт. – Иначе леди Маргарет могла бы в третий раз оказаться в Тауэре!

– Думаешь, это правда – что королева любила Томаса Сеймура до того, как отец сделал ей предложение? – спросила Элизабет, садясь на стул, чтобы Кэт могла расчесать ей волосы.

– Ходили такие слухи, – ответила Кэт, – но это могли быть придворные сплетни. Все считают, что она очень любит вашего отца.

– Я рада, что он на ней женился, – сказала Элизабет.

 – По-моему, из нее получится очень хорошая королева и добрая любящая мачеха. Я всегда о такой мечтала.

Кэт ощутила укол ревности. Во всех отношениях матерью для Элизабет стала она, оставаясь центром ее мира в течение многих лет и считая свое положение незыблемым. Конечно, она радовалась, что новая королева столь хорошо относится к ее подопечной, но в душе опасалась, что Екатерина Парр может стать ей соперницей в борьбе за привязанность девочки.