Леди Элизабет

– У меня никогда не было столь милой моему сердцу жены, как ты, Кейт, – тихо сказал он. – Ты свет очей моих, опора моей старости. Я и мои дети во многом тебе благодарны. И ты наверняка рада будешь узнать, что, когда новый закон вступит в силу, Мэри и Элизабет вновь займут место в очереди на трон после Эдварда.

Миловидное лицо королевы осветилось радостью.

– О сэр, вы прекрасно понимаете, что это значит для них обеих.

– Я намерен передать трон моим наследникам, – продолжал Генрих, – а не королеве Шотландии, внучке моей сестры Маргарет.

Ее я предназначаю в жены Эдварду, и ни один шотландец от Джедборо до Инвернесса не сможет мне помешать. Шотландия будет моей, и короны объединятся.

– Не означает ли это войну? – осведомилась Екатерина.

– Возможно, – мрачно ответил Генрих. – Но поживем – увидим. Пока же я намерен предоставить моим дочерям право на трон после Эдварда, а вслед за ними – наследникам моей сестры Марии, Брэндонам и Греям. Но до этого никогда не дойдет.

Эдвард женится, и у него будут дети, и я могу даже найти мужа для Мэри. – Он улыбнулся жене. – И для Элизабет тоже, если Бог дарует мне столь долгие годы.

– Элизабет рассказывает всем подряд, что никогда не выйдет замуж, – поделилась секретом Екатерина.

– Девичья скромность, да? – усмехнулся Генрих. – Вполне ей подобает. Но она передумает через несколько лет, когда припрет!

– Сир! – покраснела его жена. – Ради всего святого! Серьезно, милорд, похоже, она уже все для себя решила.

– Ну, тогда я решу по-другому, – рассмеялся король. – Она еще слишком мала, чтобы разбираться в этом. Пусть подрастет. Замужество – естественное состояние женщины. Погоди, пока ей не понравится какой-нибудь мужлан!

Королева улыбнулась.

– Что касается дочерей вашего величества, – молвила она, – значит ли это, что их восстановят в законных правах на престол?

Король нахмурился:

– Нет, Кейт. Иначе я непременно разворошу змеиное гнездо. Они обе – плод незаконных союзов, и я не отменю решений, которые уже принял.

Но я король, и, если бы мне захотелось надеть на шест свою шляпу и объявить его моим наследником, я в полном праве так поступить. И потому я могу сделать наследницами своих дочерей, пусть даже незаконнорожденных.

– Ваша мудрость, как всегда, безупречна, ваше величество, – польстила ему Екатерина.

Генрих откинулся в кресле, довольный, что выбрал лучший вариант из возможных.