Зимняя корона

– Мы все его запомним, – сказала Алиенора и поцеловала девушку. Она любила Эмму, ценила ее кроткую дружбу и восхищалась талантом вышивальщицы.

Вошел Генрих, энергичный, бурлящий, будто котелок на огне. Он сменил коронационную мантию на повседневную шерстяную котту[1 - Европейская средневековая верхняя одежда (туника), до колена или ниже – чем выше статус человека, тем длиннее. Надевалась поверх камизы – прототипа современной рубашки. (Прим. ред.)] и надел любимую пару разношенных сапог.

– У тебя такой вид, словно ты готов поплевать на руки и приступить к работе.

 – Одарив мужа многозначительным взглядом, Алиенора осторожно опустилась на стул перед очагом и расправила юбку так, что ткань водопадом закрыла ноги.

– Конечно. – Генрих подошел к окну и принялся расставлять шахматы из слоновой кости, оставленные на маленькой скамейке. – Как ни жаль, приходится мириться с привычками других. Если не дать им выспаться, они тупеют, как неточеные ножи. – Он передвинул фигуры на доске, создавая картину шах и мат.

– Быть может, тебе все же стоит хоть немного поспать.

– Что толку лежать как мертвый, пока вокруг кипит жизнь?

Оставив шахматы, он сел на скамью напротив Алиеноры и взял ее кубок, чтобы глотнуть вина.

– Ранним утром, с рассветом, явится архиепископ Кентерберийский. Уверяет, что у него есть кандидат на должность канцлера.

Алиенора приподняла брови. При дворе полным ходом шел торг за благосклонность короля и выгодные должности. Из короткого разговора с Теобальдом Кентерберийским Алиенора успела сделать вывод, что архиепископ – лукавый хитрец.

За благодушным выражением лица и близоруким взглядом скрывалась стальная воля. Он бросил вызов королю Стефану и помешал старшему сыну Стефана, Юстасу, объявить себя наследником Англии, за что был на некоторое время сослан. Теобальд поддержал Генриха, и за это ему причитались милости. Архиепископ прославился тем, что умел собирать в своем кругу людей редкого и острого ума.

– Некий Томас Бекет, его архидиакон и протеже, – сообщил Генрих.

 – Родился в Лондоне, но получил образование в Париже и жаждет продемонстрировать свои способности управления государственными финансами.

– Сколько ему лет?

– Чуть больше тридцати. Не в преклонном возрасте, как половина прочих претендентов. Я переговорил с ним на ходу, но особого впечатления пока не составил.

– Теобальд не просто так выдвинул его кандидатуру, должна быть причина. – Алиенора забрала у Генриха свой кубок с вином.

– Само собой.