Происхождение всех вещей

А потом в конце битвы, получив жуткие увечья, решить, что мы друзья навек! Это правда! Я видела, как мальчишки так делали! И, с одной стороны, это звучит жуть как весело, но мне бы так не хотелось портить новое платье, хоть это и не лучшее мое платье, как Альма успела заметить. Поэтому благодарю Бога за то, что мы не мальчишки! А поскольку мы не мальчишки, то можем сразу стать друзьями навек без всяких драк. Согласны? – Ни у кого не было времени согласиться, так как Ретта тут же принялась тараторить дальше: – Тогда решено! Мы – три лучшие подруги! Теперь кто-то должен написать о нас песню.

Одна из вас, случайно, не умеет писать песни?

Пруденс и Альма, онемев, переглянулись.

– Тогда я напишу, коль больше некому! – выпалила Ретта, ничуть не смутившись. – Дайте минутку.

Ретта зажмурилась, зашевелила губами и застучала пальцами по талии, словно отсчитывая такт.

Пруденс вопросительно взглянула на Альму; та пожала плечами.

После паузы столь длинной, что показалась бы неловкой кому угодно, кроме Ретты Сноу, девушка открыла глаза.

– Кажется, придумала, – объявила она. – Музыку придется кому-нибудь из вас написать – из меня музыкантша никакая, – но первый куплет я сочинила! По-моему, он идеально отражает нашу дружбу. Что скажете? – Она откашлялась и прочла:

Мы скрипка, вилка и ложка,

Танцуем с луной в окошке.

Мечтаешь у нас украсть поцелуй?

Тогда поспеши и с нами станцуй!

Прежде чем Альма успела попытаться расшифровать сей любопытный стишок (точнее, понять, кто из них был скрипкой, кто вилкой, а кто ложкой), Пруденс рассмеялась.

Это было удивительно, ведь Пруденс не смеялась никогда. У нее был необыкновенный смех – резкий и громкий, совсем не такой, какого ждешь от столь кукольного создания.

– Да кто ты такая? – спросила Пруденс, наконец опомнившись от смеха.

– Я Ретта Сноу, мисс, и я ваш самый новый и самый бесспорный друг.

– Что ж, Ретта Сноу, – отвечала Пруденс, – одно бесспорно – ты спятила!

– Так все говорят, – отвесила Ретта картинный поклон. – И тем не менее я здесь!

* * *

И с этим было не поспорить.

Вскоре «Белые акры» уже невозможно стало представить без Ретты Сноу. В детстве у Альмы однажды была кошечка, которая бродила по поместью и завоевала всеобщее расположение таким же манером.