Элизабет Тейлор. Жизнь, рассказанная ею самой

Взрослые умели легко входить в роль и выходить из нее, мы нет, и «выныривать» из состояния, например, умирающей от чахотки девочки, чтобы посчитать дроби, а потом снова начинать надсадно кашлять, очень-очень трудно. Дети должны заниматься чем-то одним – либо сниматься, либо быть детьми!

Вот почему я лучше многих других представляю твое состояние, Майкл, когда ты рассказываешь, как завидовал мальчишкам, которым было позволено играть в саду, бегать и кричать вволю. У нас не было детства!

А потом продюсеры и режиссеры удивлялись, что у меня слишком взрослые глаза, с чего бы им быть детскими.

Зато сейчас детские! Вот так – все наоборот. И у Майкла тоже (а не могу добавить «были», он есть и будет!). Наверняка противный Башир в детстве лазил по деревьям и играл в мяч, а мы работали. Бартон как-то рассказывал о тяжелой работе детей на шахтах Уэльса, я тогда вздохнула:

– У меня было не легче.

Один из немногих случаев, когда Ричард согласился со мной сразу, просто он если и не играл детские роли в кино сам, то видел маленьких актеров и понимал, чего они лишаются ради успеха в кино.

Да еще будет ли этот успех!

Сколько девочек и мальчиков, безумно талантливых и красивых, не стали актрисами и актерами, не получили взрослых ролей или не смогли их играть. Дело не в звездной болезни, как твердит пресса, просто переход от детских ролей к взрослым для большинства очень болезнен, не все выживают как актеры. Я выжила, но об этом потом.

После успеха фильма «National Velvet», где я играла заглавную роль девочки Вельвет, выдавшей себя за жокея ради того, чтобы суметь тренироваться и победить со своей лошадью на скачках, я почувствовала, что стала звездой!

Я не знаю, кто боится Вирджинии Вульф, но меня боятся все! И боятся давно, я почти с детства приучила себя опасаться.

Все просто, еще девочкой во время съемок я уяснила разницу в обращении с простыми актерами и со звездами и решила, что должна стать звездой. А сыграв роль Вельвет, решила, что уже звезда! Плохо это или хорошо, не знаю, но без ощущения своей звездности с малых лет я бы была не я и едва ли вынесла все испытания, которые приготовила жизнь.

Меня не раз упрекали, что многие общенациональные политические события проходили мимо меня. Но, во-первых, покажите мне нормальную четырнадцатилетнюю красивую девушку, которая интересовалась бы политикой. Во-вторых, мы жили очень замкнуто, хотя все время на виду.