Два мира

Господа знали это, но допускали, потому что были бессильны что-либо изменить.

– Ты ничего не имеешь против того, чтобы мы сделали небольшой крюк? – спросил Бертольд. – Мне хотелось бы заехать в лесничество и переговорить со старшим лесничим. Я там выйду, а ты поезжай дальше.

– Нет, я лучше пройдусь пешком, – возразила Алиса. – Папа говорил вчера, что пешеходная тропинка очень красива.

– Она действительно красива, но тебе придется идти по ней около часа, а не можешь же ты совершенно одна…

– Почему? Разве ваши леса не безопасны?

– Вполне, но папа будет недоволен, если ты без провожатого…

– Нет, уж позволь мне поступить по собственному желанию, – твердо прервала молодая женщина.

Доехав до лесничества, оба вышли из экипажа. Лошади остались ждать молодого графа, а его супруга пошла одна по лесной дорожке. Стояли прекрасные жаркие дни. Все в чаще замерло, только изредка раздавалось и опять смолкало птичье щебетанье. Казалось, все задремало и застыло в эти знойные часы.

По узкой тропинке, пересекавшей равенсбергский лес, шел Зигварт.

освободившийся на несколько часов от своих занятий, чтобы почувствовать себя «человеком». В Эберсгофене ему отравляли жизнь придирками, и ему приходилось платить за свою неуступчивость и за то, что он особенно рьяно выражал ее по поводу стройки, дороговизна которой и так заставляла охать отцов города. Зигварт уже несколько раз пытался бросить место, на которое смотрел как на тяжелое ярмо, но куда ни обращался, нигде не мог получить места. Приходилось, скрепя сердце, покориться. Погруженный в мрачные мысли, он не обращал внимания на окружающую его природу. Свернув на более широкую дорожку, он чуть не наступил на какой-то маленький предмет, лежавший на земле. Он нагнулся и поднял его.

Это была очень изящная записная книжка с монограммой и золоченым карандашом. На первых страницах были какие-то заметки на английском языке, а в боковом карманчике лежало несколько визитных карточек, на которых под графской короной значилось: «Графиня Алиса фон Равенсберг».

Кладя находку в карман, чтобы занести ее в лесничество, Зигварт заметил шагах в ста даму, гулявшую, по-видимому, в полном одиночестве среди лесной глуши. Она была высокой и стройной, по осанке, туалету и большой шляпе со страусовыми перьями в ней легко было узнать даму из высшего общества.

«Не сама ли это графиня? – подумал Зигварт. – Тем лучше, я могу немедленно возвратить ей книжечку».

Он ускорил шаги и через несколько минут нагнал Алису.