У алтаря

– Не сердитесь на мою даму, господин Гюнтер, – любезно вмешался в разговор Оттфрид, – я позволил себе повести вашу сестру на террасу подышать воздухом и имел счастье получить от нее согласие танцевать со мной следующий танец.

– Очень сожалею, граф, но моя сестра не будет больше танцевать, – решительно заявил Бернгард, взяв Люси под руку. – Она выезжает в первый раз и я боюсь, что она переутомится. Люси должна немного отдохнуть, а затем мы уезжаем.

– Однако позвольте, – резко возразил Оттфрид, – моя дама обещала мне танец, и я имею право…

– Да, да, граф, вы, конечно, имеете право требовать исполнения обещания, – перебил его Гюнтер, – но я надеюсь, что вы не будете настаивать на этом ввиду того, что Люси вредно много танцевать.

Позвольте мне увезти мою сестру.

Бернгард говорил очень вежливо, но весьма решительно, и Оттфрид не дерзнул возражать; Он закусил губы от сдерживаемого гнева, почтительно поклонился и отошел, предварительно обменявшись с Люси многозначительным взглядом.

В первый момент молодая девушка была поражена поступком брата, затем хотела попросить у него разрешения еще потанцевать, но, взглянув на Бернгарда, отказалась от своего намерения. Когда на лице брата появлялось такое выражение, оставалось лишь одно – беспрекословно повиноваться. Люси промолчала, но глаза ее наполнились слезами. Она не понимала, почему Бернгард лишил ее удовольствия и таким сухим тоном говорил с любезным кавалером.

Вообще он весь вечер был очень не в духе.

Посадив сестру в гостиной среди пожилых дам, Гюнтер не отходил от нее, ожидая, пока она отдохнет. А из зала неслись упоительные звуки вальса, и вся молодежь танцевала. Счастье еще, что мрачный отец Бенедикт куда-то скрылся. Если бы он продолжал смотреть на Люси своими темными, строгими глазами, она наверно не выдержала бы и разрыдалась при всех.

Глава 5

Графу Ранеку тоже было невесело в этот вечер.

Ему не нравилось, что его брат так ухаживает за «выскочкой», когда же он увидел, что все присутствующие последовали примеру настоятеля, его дурное настроение еще усилилось. Но что было хуже всего, это смелость его сына, позволившего себе пригласить на танцы Люси Гюнтер! Из-за прекрасных глаз какой-то мещанки он позабыл о своем положении в свете. Граф решил серьезно отчитать сына, как только окончится этот нестерпимо скучный вечер.