Заклятое золото

Дама задыхалась и едва держалась на ногах от волнения; она порывисто прижала девочку к своей груди.

– Успокойтесь, пожалуйста, ничего не случилось, – старался утешить ее нотариус.

Следовавшая за ней дама тоже вполголоса уговаривала ее:

– Успокойся, Вильма! Мы ведь еще снизу видели, как вот этот господин подхватил Лизбету…

– Майор Гартмут, – представил майора Трейман. – К счастью, он был поблизости, когда малютка сорвалась и упала.

Молодая женщина молча протянула руку спасителю ребенка.

– Что вы, об этом не стоит и говорить! – отклонил Гартмут ее немую благодарность.

Это заявление заметно успокоило Вильму; она познакомила обоих мужчин со своей кузиной Эдитой Марлов и пояснила, что шла сюда с ней, чтобы показать крепостной курган.

При слове «Марлов» майор насторожился, а Трейман почтительно раскланялся; услышав, что она желает познакомиться с историей старого замка, он быстро вернулся к своей любимой теме средневековья и повел Эдиту осматривать развалины.

Между тем Вильма устало опустилась на каменную скамью; майор предпочел присоединиться к ее обществу и вступил в милую беседу, так что, когда Эдита со своим гидом снова вернулась к ним, они уже успели стать добрыми друзьями.

Дамы стали прощаться. Гартмут, разумеется, получил приглашение побывать в Гернсбахе. Такое же приглашение в качестве старого друга дома получил и Трейман.

Кузины с девочкой направились тропинкой в лес, где оставили свой экипаж, а мужчины возвратились в город.

– Так, значит, это – молодая миллионерша? – спросил Трейман, весьма довольный этой встречей. – У Марлова тоже миллионы, но под ними уже более солидная почва, чем под Рональдом. Старинный банкирский дом Марловых основан еще его прадедом. Макс отлично знает об их состоянии. Какого вы мнения об Эдите Марлов? Не правда ли, красавица?

– Да, красивая девушка, – довольно равнодушно согласился майор. – Госпожа Мейендорф не может поспорить в отношении внешности со своей кузиной, но зато гораздо симпатичнее.

– Да, это верно, – подтвердил Трейман. – Но с Эрнстом ничего не поделаешь… Хоть бы вы как-нибудь уговорили его!

– Я? Почему? – удивленно спросил Гартмут.

Нотариус уже давно собирался излить душу другу своего племянника и решил воспользоваться удобным случаем.

– Я уже сделал все, что мог, передав Эрнсту свою нотариальную контору и практику, но не получил от него за это никакой благодарности.