Ландскнехт. Наяву и во сне

К тому же, по слухам, девушка пользовалась уважением в низших слоях Оливы. Она содержала несколько домов призрения и сиротских приютов. Так что обидеть ее не пришло бы в голову и самому закоренелому матону[16 - Матон – головорез.]. Если только…

Роланд прокрутил эту мысль в голове, но затем отбросил. Что может связывать прекраснейшую Долорес Де ЛаВегу – донну из знатного рода и парочку залетных компрачикос. Ни-че-го!

В ответ на это его ничего, тревожно заныл, давным-давно перерубленной в одной из компаний, бицепс левой руки.

Роланду очень хотелось потереть руку, но боль, словно услышав его, отступила. Вместо этого он налил в хрустальный бокал вина и протянул его Долорес:

– Выпейте немного вина, прессиоса дона[17 - Прессиоса дона – прекрасная незнакомка.] и успокойтесь.

– Я спокойна сеньор Муэрто, – девушка все-таки взяла предложенный бокал и нервно пригубила вино.

– Роланд, зовите меня Роланд и рассказывайте, я вас слушаю.

– М-м-м, дело в том, что один знакомый посоветовал мне обратиться к вам, как к человеку умеющему улаживать, э-м-м так сказать касос делекадос[18 - Касос делекадос – деликатные дела (щекотливые ситуации).

].

– Один человек? – Роланд изумленно вскинул брови. – Позвольте узнать кто?

– Я бы… – она запнулась, но твердо продолжила, – я бы не хотела называть его имени.

Роланд улыбнулся:

– В таком случае, сеньорита Де ЛаВега, я вынужден прекратить нашу конверсион привада.

– Но… – Долорес опустила голову, – я не знаю как…

– Как он или она к этому отнесется? – Роланд не сводил с нее глаз, он в принципе уже догадывался, кто мог посоветовать воспользоваться его услугами.

 – Не беспокойтесь, эта знание умрет вместе со мной. И он… – Роланд сделал небольшую паузу, – или она ничего об этом не узнает.

– Я… хорошо, – девушка вскинула голову, – донна Изабелла, Изабелла Дельгадо.

Роланд улыбнулся и пробормотал себе под нос:

– Болтушка.

– Что?

– У сеньоры Изабеллы длинный язык.

– Вы мне поможете, сеньор Муэрто? – Слова дались ей с трудом, очевидно, что прессиоса дона не привыкла просить.

Какие прекрасные глаза, машинально отметил Роланд, а сколько в них дел оргуло[19 - Дел оргуло – гордости.]. Да гордости в глазах донны Де ЛаВеги много, можно сказать прирожденной гордости, того чего нет в глазах большинства простолюдинов, но и мольбы в них было предостаточно. Пожалуй, мольбы было даже больше, решил он и х-м, таким глазам отказать невозможно.