Княгиня Ольга. Пламя над Босфором

А здесь вон, тростником все заросло, к воде не пройти.

– Ну, пойдем… Зелейник! – улыбнулся Эймунд и поднялся с кошмы.

– А правду говорят, что от сон-травы у мужика колом стоит? – хмыкнул Дыбуля.

– Правда, – без улыбки кивнул Колояр. – Будет надо, я помогу, только смотри, без меня не пробуй. Она недаром сон-травой зовется: если пить ее не умеючи, то заснешь и вовек не проснешься.

– Иди, иди… Мудрец беспортошный.

Колояр призадумался, не полагается ли ему вздуть Дыбулю за «беспортошного» – он ведь уже не малец, а целый гридь, и меч у него есть.

Но Эймунд обернулся на краю поляны, поджидая его, и Колояр устремился за ним.

Раздвигая сулицей ветки, Эймунд шел впереди, оба брата – следом. Больше не разговаривали, старались идти тихо, чтобы не спугнуть то неведомое, что могло ждать впереди. Сумерки сгущались. Вдруг Колояр невольно охнул; оба спутника обернулись к нему, Эймунд безотчетно вскинул сулицу, будто собирался метнуть.

– Ты что? – шепнул он, не видя поблизости ничего опасного.

– В-вон, – смущенный отрок показал на поваленный ствол у воды.

 – Померещилось, змей или вроде того…

Эймунд хмыкнул, однако подумал, что светлеющий сквозь сумерки изогнутый ствол с облезшей корой и правда при беглом взгляде можно принять за отдыхающее чудовище.

– Здешние змеи поменьше будут, – напомнил он. – Видели же, пока плыли.

С лодьи они правда замечали скользящих в воде пестрых ужей; довольно крупные, те, однако, не выглядели опасными.

– Тихо! – Соломка вдруг поднял руку.

Все умолкли, и в тишине со стороны воды, из-за пышных тростниковых зарослей, стал слышен шум – плеск, шорох, фырканье.

Трое парней застыли, Эймунд стиснул сулицу. Свои остались у костра, шагах в ста позади. Впереди был другой край острова и вода озера. Зверь какой? А крупный, должно быть, судя по густому фырканью.

Морской змей?

Эймунд быстро и бесшумно двинулся вперед, двое братьев – за ним. У Колояра с собой был длинный нож – копать корневища сон-травы, а Соломка прихватил секиру. Пробравшись через ивняк, они наконец увидели воду.

Желтые чашечки той самой сон-травы, которую искал Колояр, качались на крупных волнах от движения какого-то весомого тела. Такого, что продрало морозом – и оно было где-то совсем рядом, за свесившимися к самой воде ветками ивы!

– Ма… – невнятно выкрикнул Соломка, выпученными глазами глядя в воду под ветки.

Эймунд наконец сумел выглянуть из-за толстого сука; он почти висел, опасаясь съехать со скользкого, топкого бережка в воду.