Мои воспоминания. Под властью трех царей

Вскоре она практически перестает раздавать экземпляры, более того, начинает собирать уже розданные, предпочитая лишь чтение вслух.

На обязательном экземпляре, который поступил в Императорскую публичную библиотеку из Государственной типографии, было специально помечено: «Не выдается»[56 - Он сохраняется в Российской национальной библиотеке (РНБ) (книга в библиотечном переплете Императорской Публичной библиотеки, с сохранением обложки. Шифр: 330/229); второй экземпляр – из собрания баронов Икскуль – поступил туда в 1941 г.

(акт С—469/6; шифр: 133/16).].

А.Ф. Кони, который так и не получил свой экземпляр, в мае 1907 г. писал Елизавете Алексеевне: «Мне очень интересно прослушать Ваши мемуары»[57 - РГАДА. Ф. 1272. Оп. 4. Д. 138. Л. 152 об.], а в письме от 22 октября 1908 г. спрашивал: «Не скажете ли мне, до какого времени Вы думаете остаться здесь? Я бы пришел послушать Ваши воспоминания и поделиться с Вами своими»[58 - Там же.

Л. 154 об.].

Таким образом, издание сразу стало библиографической редкостью. Известный библиограф С.Р. Минцлов отмечает: «Нарышкина Е.А. Записки. СПб. 1906. Большая редкость. Напечатано было очень небольшое количество экземпляров, и почти все они были отобраны автором от лиц, которым они были розданы, и уничтожены»[59 - Обзор записок, дневников, воспоминаний, писем и путешествий, относящихся к истории России и напечатанных на русском языке / Сост. С.Р. Минцлов.

Новгород, 1912. Вып. 2/3. С. 126. № 2485.].

Н.П. Смирнов-Сокольский, из коллекции которого происходит экземпляр «Моих воспоминаний» Е.А. Нарышкиной, хранящийся ныне в Музее книги Российской государственной библиотеки (Шифр: МК С—111/8-Н), описывает его так: «В полукожаном переплете. На титульном листе автограф: “Е.А. Масальской-Суриной[60 - Масальская-Сурина Евгения Александровна (урожд. Шахматова; ок. 1863 – 1940) – историк, генеалог, сестра филолога А.

А. Шахматова, племянница мужа сестры Е.А. Нарышкиной А.А. Козен.] от автора”. Книга редка чрезвычайно. Упоминает о ней едва ли не один С.Р. Минцлов в своем “Обзоре записок, дневников, воспоминаний”. <…> Покойный ленинградский букинист Ф.Г. Шилов рассказывал, что и ему, несмотря на все старания, не привелось повидать эту книгу. Причины, побудившие автора уничтожить свою книгу, становятся ясны после ознакомления с ее содержанием.