Мнемоны. Продавцы памяти. Часть вторая. Таша

Вот что мне в ней нравится, помимо всего прочего, так эта ее легкость на подъем. Раз и сорвалась. И вещей никаких, кроме мобилки, и MP3 плеера. Ни сумки, ни косметички, ни кошелька – деньги в кармане таскает.

– Надежда Петровна, вы уж проследите, чтобы ваши мальцы, когда закончат, огонь затушили. – Обратился я к соседке. – А то сушь такая, до пожара недалеко.

Вагон был пустой, кроме нас с Никой, лишь припозднившийся рыбак, да тетка в платке и темном, совсем не по сезону платье. Мы сидели на жесткой скамье, Ника, положив голову мне на плечо и обняв за руку, с закрытыми глазами слушала плеер.

Умница девочка, с вопросами не лезет, сочувствия не выражает, соболезнований не высказывает. Не то у меня настроение, чтобы на вопросы отвечать, и сочувствия выслушивать.

Из наушника до меня доносилось еле слышное бормотание:

Look into my eyes – you will see

What you mean to me

Search your heart – search your soul

And when you find me there you'll

search no more

Don't tell me it's not worth tryin' for

You can't tell me it's not worth dyin'for

You know it's true

Everything i do – i do it for you…[5 -

I Do It for You – Bryan Adams.

]5

Но Ника не подпевала, хоть я знал – это ее любимая песня. И когда бы, и где бы, она ее не слушала, то обязательно вторила певцу. Или в полный голос, если одна, или беззвучно, чуть шевеля губами, если на людях. Сейчас ее губы были плотно сжаты.

– Ника.

 – Я нагнулся к девушке.

Она подняла на меня глаза.

Я прошептал:

…Нет ни одной любви похожей на твою,

Никто не может так любить, как любишь ты.

Не существует в мире ничего, когда ты далеко.

И так будет всегда…[6 -

Это все для тебя – Брайн Адамс (перевод Я).]6

Она улыбнулась и шепнула в ответ:

– Я тоже тебя люблю. – И снова закрыла глаза.

Ехать до города минут сорок, есть время все обдумать. Вот только что, все? Смерть Таши? Информации мало.

Нелепость ее смерти? Любая смерть нелепа, а уж девушки двадцати трех лет и подавно. Жестокость, с которой ее убили? Что я об этом знаю? Расчленили, отрезали голову. Мало ли что сетевые борзописцы напишут. Чего сейчас только не выдумывают, для привлечения аудитории. Всему верить нельзя.

А чему можно?

Памяти?

С условием того, где я сейчас работал, то и памяти верить нельзя. Она может оказаться чужой. Или вовсе отсутствовать.