Крыса солнце жрёт. Книга 1

 – А потом, те из наших вояк, кто предпочитает добрую стрельбу девке из борделя, займут наше место.

– А кого хотите проверить, майор?

– Моего раба, который, в том числе мой протеже. Я не отношусь к нему, как к рабу. Во всяком случае пока.

– Странно, вы же из Виртленда, там нет рабства.

– Но сейчас-то мы в Правии. Да и повторюсь, пока он – раб только на бумаге. При том, скажу вам, что он благородных кровей, и он не был нашим пленником.

– Я знал, что в вашем королевстве странные законы. Они слишком хитросплетены, чтобы трактовать их однобоко.

Но у вас еще и очень интересные люди. Вы тоже человек совсем не такой простой, каким кажетесь, майор Астур.

– Так и есть. Так вы позволите?

– Безусловно. Я лишь гость-иностранец.

– Мейнхард! Бегом ко мне!

Сын Вука уже стоял рядом с майором. Тот поднес к его лицу пистоль.

– Умеешь этим пользоваться?

– Пробовал пару раз.

– Тогда стреляй.

Мейнхард задумчиво взвесил пистоль, перекинул из руки в руку, встал в позицию и прицелился.

– Да, он действительно держал такую штуку в руке раньше, – шепнул великий князь Казимиру.

– Я вижу.

Раздался выстрел, вечерний ветерок быстро рассеял дым, поднимавшийся вверх от пистоли. Бутылка разлетелась вдребезги.

– Парень попал! – воскликнул Мигель Росс.

– Возможно, ему просто …, – начал было граф Астур, но его перебил второй выстрел. Еще одной бутылке пришел конец. Пистоль майора была четырехзарядной. Один за другим последовали следующие два выстрела и каждый достиг цели. Мейнхард повернулся и вопросительно посмотрел на всех.

Он ждал, когда ему перезарядят оружие. Но майор молча вытащил пистоль из кобуры капитана Гейсека, дал Мейнхарду и резко бросил:

– Стреляй с этой, парень. В ней тоже четыре пули.

И снова четыре бутылки оставили на земле кучу осколков.

– Еще по двум, потом монеты! И побыстрее. Капитан Росс, перезаряжайте ему пистоль! – зарычал Казимир.

Мейнхард уничтожил еще пару бутылок и ни одна из десятка монет не избежала участи быть пораженной пулей стрелка.

Последние четыре монеты по приказу графа Астура Мейнхард сбил выстрелами из ружья. Вокруг стояла тишина, никто не мог вымолвить и слова. Никому и никогда не говорил Мейнхард, что всю жизнь, с самого детства, как только смог держать в руке огнестрельное оружие, он тайком практиковался в стрельбе. Поразительно, но ни одна душа даже не заметила этого. Все свои навыки Мейнхард почерпнул из книг и из практики. А раз его не замечали, он и не афишировал своих увлечений.