Неомаг

– Да вот взгрустнулось, – Максим приподнял пакет, – решил приподнять себе настроение.

– Приподняли? – иронично заломил бровь капитан.

Их разговор прервала зашипевшая на поясе капитана рация.

– Где, черт возьми, кинолог с собакой? Да меня не волнует, что там у него за дела, тут щас все следы затопчут. Сначала «скорая» натоптала, жители туда-сюда ходят. Чтобы через 10 минут были. Отбой.

– Так что случилось? – поинтересовался Максим.

– После узнаете, – Крюков видимо потерял интерес, к дышащему перегаром Максиму.

– Я могу быть свободен?

– Пройдите к себя, вас опросят, – он направился к милицейской машине.

У подъезда уже никого не было. Максим поднялся к своей квартире, быстро выглянул в пролет. На верхнем этаже никого. Он бесшумно поднялся на площадку между этажами и сыпанул махорку, выпотрошенную из папирос на ступени. Вытащил пачку и быстро пока ни кто не видит, раскрошил за собой несколько папирос.

«Чуть не запалился», усмехнулся он про себя.

«Про собачек то забыл. Собачкам глаза не отведешь, память не почистишь.

Особенно выдрессированным служебным собакам».

Напоследок он сыпанул табака вниз по ступеням. Все, вроде порядок.

Придя к себе, Максим первым делом принял душ. И лишь растянувшись на матрасе, понял, как устал.

«А что, правда, может накатить, для правдоподобия?»

Вставать не хотелось, до холодильника было далеко, словно до другой галактики, а и черт с ним. Максим чувствовал себя выжатым, словно лимон – это недавно горевший в крови адреналин, схлынув, принес усталость.

Нестерпимо захотелось курить. Максим сунул руку в карман шорт, вытащил папиросы. Выковырял одну из пачки. Смял мундштук и с наслаждением закурил. Тяжелый дым втянулся в легкие, голову сразу затянуло вязким, пьянящим туманом. Да, давненько он не курил, тем более сигарет. После нескольких затяжек голова стала тяжелой, мысли разлетелись. Хотелось только одного – лежать вытянувшись во весь рост и ни о чем не думать.

Добив папиросу, он щелчком отправил ее в открытое окно.

Легкая горечь, в отвыкшем от курения рту, некстати напомнила о соседке Мариночке. О пьянящем аромате ее тела, об упругой груди с темными сосками. Так бывало после мятника. Нестерпимо хотелось женщину. Обычно он поступал легко – звонил в элитное агентство. Заказывал девочку и отправлялся в апартаменты. Но никогда не водил их к себе.

В дверь раздался требовательный стук.

А вот и доблестная милиция.

Глава 2

Максим не глядя в глазок, открыл дверь.