Париж никогда тебя не оставит

Париж никогда тебя не оставит

Эллен Фелдман

1954-й, Шарлотт живет в Нью-Йорке с дочерью-подростком. Она по-своему счастлива – тихая размеренная жизнь, работа в издательстве. В Америку они приехали почти десять лет назад, после освобождения из концлагеря. Но все эти годы Шарлотт боялась, что прошлое однажды настигнет ее. И это случилось. Письмо от человека, которого она желала забыть, вернуло ее в военный Париж, в книжный магазин, где она работала в годы оккупации. Вернуло к тем опасным и сложным отношениям, что толкнули их с дочерью на самый край пропасти, которой они избежали лишь чудом.

В этой затягивающей истории о выживании, верности и любви всё оказывается не так, как поначалу кажется.

Эллен Фелдман

Париж никогда тебя не оставит

© Екатерина Ильина, перевод, 2021

© «Фантом Пресс», оформление, издание, 2021

* * *

Посвящается Стейси Шифф

и – снова – Стивену Рейбелу

Ненавидеть гораздо сложнее, чем кажется. Кроме как в абстракции.

    Флора Гру, «Дневник в четыре руки», Париж, 1940—45

Не суди ближнюю, пока не будешь на ее месте.

    Гиллель Старший[1 - Цитата – парафраз точного текста Гиллеля, который звучит так: «Не отделяйся от общества, ибо все мы одно, не суди ближнего, пока не будешь на его месте». – Здесь и далее примеч. перев.]

Пролог

Париж, 1944

Они срывали звезды. Грязные пальцы с обломанными черными ногтями дергали, рвали, скребли. Кто бы мог подумать, что в них еще оставалось столько сил? Одна женщина зубами перекусывала нити, которыми звезда была пришита к ее изодранному жакету.

Она, наверное, была когда-то хорошей швеей. Те, кому удавалось содрать звезды, швыряли их на землю. Какой-то мужчина плюнул на свою звезду. Кто бы мог подумать, что у него еще было чем плевать. И силы на это. Во рту у Шарлотт было сухо и мерзко от обезвоживания. Мужчины, женщины, дети яростно втаптывали в грязь истрепанные клочки ткани, одевая пожухшим покровом горя этот окруженный колючей проволокой клочок французской земли.

Присев на корточки возле Виви, Шарлотт принялась распускать стежки, которые удерживали звезду на ее замызганной розовой кофте. По закону желтую звезду были обязаны носить только дети от шести лет и старше, а дочери было всего четыре, но кофта досталась им от другой девочки, которую в порыве бюрократического отчаяния власти впихнули в поезд на Восток, где не хватало последней из тысячи запрошенных душ.