Элохим

Как-никак она была его женой.

– Нет. Прежде всего она приходилась ему дочерью. Она вышла из его ребра. После стала женой.

– Дочери тем более трудно отказать.

– Трудно, но возможно, а в его случае даже было необходимо. Одно маленькое движение руки изменило все, нарушило гармонию и внесло в мир столько раздора и страданий. Крупные изменения берут начало всегда с незначительных событий. Выпад Рубена – тоже незначительное событие. И оно осталось бы таким, если бы ты напал на него там, в Храме. Но ты поступил иначе.

И Эл Элйон оценил твой выбор.

– Мелхиседек! Ты царь Мелхиседек! – воскликнул Элохим.

– Благословен Элохим, Сын Давидов, Богом Всевышним, владеющим Небом и Землей! И благословен Эл Элйон, давший ему Сына!

– Великое Тайное Предсказание.

– Отныне сама твоя жизнь и есть исполнение Великого Тайного Предсказания. День за днем ты проживешь Его, пока Оно не исполнится сполна. Оттого тебе и кажется, что нет у тебя ни в чем выбора. Предсказание не отменимо. Оно как мощный поток реки.

Ты попал в поток.

– Но почему я?

– Ибо Он может родиться только в семье сына Давидова и дочери Аароновой.

– Кто Он?

– Сын Эл Элйона. Великий Царь и Высший Священник. Спаситель мира.

– Мессия!?

– Y’varech’cha HaShem v’Yishmerecha![17 - Да благословит тебя Бог, да хранит тебя Бог!]

Мелхиседек внезапно исчез. Элохим открыл глаза. Никого не было. И он тут же уснул глубоким благотворным сном.

8

Анна сидела за столом одна. Стол был празднично накрыт.

Иудифь, служанка-моавитянка, постаралась на славу. На столе горели свечи. Но праздничная менора оставалась не зажженной. Только глава семьи мог зажечь восьмисвечие в день Хануки. «Где же ты, Элои?». Анна не выдержала, встала из-за стола и начала тревожно ходить по комнате.

Вернулся Иосиф. Анна тут же стала допрашивать его:

– Ну что, Иосиф? Нашел его?

– Нашел.

– Слава Богу! Где он? Почему вернулся без него?

– Он ушел. Оставил коня.

– Коня?! Зачем? Куда ушел?

– Не знаю.

Сказал, чтобы ты не беспокоилась.

– Не беспокоилась!? Боже мой!

Анна безутешно зарыдала. Отошла от Иосифа. Опустилась на стул. Достала платок.

– Он ушел навсегда. Больше не вернется.

– Анна, милая, не плачь. Он вернется. Увидишь.

Анна отрицательно помотала головой.

– Нет. Не вернется. Знаю его.

Она действительно и знала, и чувствовала своего мужа. За двадцать лет совместной жизни она научилась понимать его как никто.