Дом с золотой дверью

Амара кладет ее на стол и поднимает крышку. Внутри – все деньги, которые Амара накопила с тех пор, как поселилась в этом доме: что-то взяла взаймы, что-то отложила из щедрого содержания, назначенного Руфусом. Амара перебирает монеты, ощущая их ободряющий вес, прислушиваясь к их позвякиванию, которое напоминает приглушенный шум дождя.

Расставив мебель по непривычным углам, комнату Амара обустроила так, чтобы она как можно меньше походила на кабинет Феликса. Стены покрашены в белый – никакого красного, – и на них тут и там выписаны купидончики: у одного в руках арфа, у другого – лук.

Каждый мазок на бледноватых фигурках выглядит аккуратнее, чем любой предмет обстановки в «Волчьем логове», но почему-то изображения купидонов кажутся не такими яркими, как бычьи черепа и черные плинтусы из воспоминаний Амары. Стоит закрыть глаза – и она их обязательно увидит. Отчего-то, сидя за столом, она всегда думает о бывшем хозяине. Даже во сне он является ей таким: угловатое тело, склоненное над книгами, опущенная голова, взгляд исподлобья, сильные руки.

В дверь стучат, и Амара возвращается в реальность.

– Кто там?

Входит Марта. Амара улыбается, но служанка неотрывно смотрит в пол.

– Не пора ли тебе собираться на встречу с Друзиллой, госпожа? – Марта говорит с таким акцентом, что иногда Амаре непросто ее понять.

У Марты сутулые плечи, и вся она какая-то съеженная. Поначалу Амара думала, что это признаки робкого характера, но теперь видит в осанке девушки сознательную отстраненность неуступчивой рабыни.

Раньше Амара сама вела себя скрытно в присутствии Феликса. А теперь ей приходится сдерживать раздражение. Девчонка не понимает, как ей повезло оказаться здесь, в прекрасном доме, а не в лупанарии.

«Марта – еврейка, плененная римлянами во время последнего наступления на Масаду», – так Амаре рассказывал эконом Филос. Он от имени своего господина и выбрал двух рабов, которые отправились вместе с ним в дом Руфуса. Сам Руфус о Марте никогда не заговаривал. Рабы для него не люди. Он «одолжил» Амаре слуг заодно с мебелью, и ему бы в голову не пришло о них рассказывать – все равно что тратить время на изложение истории столов или светильников.

Амара лишь надеется, что Руфус не спал с Мартой, хотя она вполне хороша собой. Это могло бы объяснить холодность девушки.

– Спасибо, – произносит Амара. – Ты очень кстати мне напомнила.

Они спускаются в один из покоев Амары, ближайший к атриуму. Марта уже разложила все необходимое на туалетном столике.