Наука, любовь и наши Отечества

Шеф подгоняет: «Не расхолаживайся!» А Виктор – своё: надо готовить опыт на крысах с имбалансом и аж на шестнадцати группах. Моя забота поскорее крысят достать и привезти. Рядчиков посылает в питомник на Столбовую. Однако там крыс, тех, что нужны нам, не выращивают, зато заведующая виварием оказалась знакомой из Тимирязевки, на курс старше меня. Угощала своей картошкой и чудесными огурчиками малосольными. Рассказывала про достопримечательности Столбовой: психушку, что находится неподалеку от их вивария, знают и за границей.

«Чужие голоса» передают, что свозят сюда неугодных интеллигентов, мол, крыша у них поехала. А сейчас «отдыхает» здесь сын Есенина, математик…

Сын Есенина? В психушке?!

Так ужасно, что даже не верится.

А за крысами надо ехать в Химки. Однако вечером почувствовала боль в горле и температуру намерила.

«Раз больная – к врачу иди. Ты уже не аспирантка», – сказал Рядчиков. Расстроен тем, что срывается опыт. Он собирался до конца года и закончить его. А я получила бюллетень и, стало быть, возможность спокойно закончить автореферат.

Через неделю все же еду в Химки отбирать крыс для опыта. На душе радостно, потому что реферат свой, законченный, вчера отдала Томмэ.

И снова приятный сюрприз: крысята (их нам с Рядчиковым надо штук триста) будут готовы к отъему только через неделю-две. Значит, пока могу шуровать свои аспирантские дела.

С рефератом, уже готовым, столько еще мотаний и самое главное – цензура. Там держат неделю-две. Иногда сразу же делают.

Вот бы!

В отделе только появляюсь. А за моим столиком сидит югослав Милош Косанович. Он в городе Нови-Сад в институте животноводства руководит лабораторией, а здесь по обмену опытом в командировке. Дядька уже пожилой, лет за сорок, высокий, стройный, с добрым и умным взглядом карих глаз под густыми бровями. Как только я захожу в свой кабинет, где за новыми двухтумбовыми столами восседают Девяткин и Венедиктов и где также и мой столик поставлен, он, серб Косанович, вскакивает, уступая мне мое место.

А я всё стараюсь его уверить, что вообще не сижу, а только забегаю на минутку, чтобы взять кое-что из бумаг. На самом деле полно еще у меня работы за столом: доклад, таблицы… Однако оставить без рабочего стола гостя серба не в моих правилах. Поэтому перебиваюсь, переходя с одного места на другое, и чаще всего располагаюсь со своими бумагами у витаминщиков. Там почти всегда свободны два стола, и сотрудник лаборатории Надя Крускина меня пускает.