Наука, любовь и наши Отечества

отделом, генералом без войска. В его личном подчинении всего два человека, лаборанты. Я попадаю к Махаеву… И хотя это разделение будет после отчетов, т. е. фактически с будущего года, Махаев уже сегодня приперся к нам в кабинет и давай меня чихвостить:

– В отделе совсем не бываешь. Куда все ездишь?

– В журнале записано куда.

– Я журнал смотрел. Там всё институт биохимии…

– Ну да. Лаборатория Букина, там у меня…

– Никакой чтобы мне биохимии, никакого Букина!

– Так ведь он лизин дал для опыта… По его распоряжению Микробиопром деньги перевёл на договорные опыты…

– Эти твои опыты никому не нужны.

У меня будешь делать, что нужно, будешь определять потребность в поваренной соли…

– Но ведь уже определила.

– Теперь – у свиноматок. Литература по этому вопросу вся в нашей библиотеке. Из Дубровиц никуда не надо ездить. Словом, без моего разрешения ни-ку-да. Я вам с Рядчиковым покажу, как надо работать. Томмэ вас уже не может держать в руках, старый, сил нет. А я порядок наведу-у… Поведешь опыт по соли и никаких больше, параллельных ему…

Пошла к Томмэ за советом: как дальше работать? Сказал, что действительно должна подчиняться Махаеву, что он мне помочь не сможет, хотя «выход из всего найти можно».

А пока, мол, вид у меня порядком измотанный, отдохнуть надо. Предложил в отпуск пойти, тем более что август сейчас…

Моя Бабушка

Дома отдыхаю душой: родная Бабочка! Мама её на лето привезла вместе со Славиком к нам в Дубровицы.

– Ты, Эличка, очень устала, – говорит мне она.

И как разглядела? Дальше двух метров даже сквозь очки все для нее сливается. Но книжки не перестает читать. К самым глазам подносит странички.

Бабушка Мария Петровна, восьмидесятилетняя, читает классику. Свердловск, 1967 г.

А в остальном Бабочка бодрая. К ней аспирантские малыши любят ходить, особенно по утрам, когда родные мамки спят еще.

Мы сейчас перебрались жить в соседнюю комнату, она гораздо, сантиметров на сорок, шире нашей, так что между кроватями проходим нормально.

Еще и третью койку, для Бабы, втиснули.

На лето будет свободной и комната соседняя, та, в которой мы жили раньше. Там поставили кровать для Славика. Так что живем сейчас в «двухкомнатной». В Славиковой просторно, дети приходят играть. Интересно, что не к Лене, а к нему, при этом совсем малыши. Пятилетняя дочка Мифтаховых и еще мальчики-девочки. Аспирантские жены их привезли сюда на лето.