Возмездие Сандокана. Возвращение Момпрачема

– Наоборот, – возразил ему Сандокан. – Они – наши союзники.

– Союзники?

– Конечно. Накинутся на даяков и остановят их атаку.

– Но мы и сами вот-вот пойдем ко дну!

– Полагаю, полчаса это корыто еще продержится.

– Но где мы очутимся через полчаса…

– Прибьет к какому-нибудь берегу. Забудь про даяков. Давайте-ка пощекочем шкуры гавиалов. Надо отогнать их вверх по течению, где хищников ждет вкусный обед.

Пока они готовились стрелять, экипажи проа, едва добравшись до островка, тут же вступали в бой.

Все спингарды перетащили на сушу. Укрывшись за толстыми стволами деревьев или кустами, воины открыли по нападающим плотный огонь.

Сапагар с малайцами и ассамцами с баркаса успел доплыть до острова и сразу приступил к организации обороны: он намеревался продержаться до возвращения капитана. Последнее, впрочем, с каждой минутой становилось все менее вероятным: баркас, под завязку заполненный водой, сносило течением. Время от времени казалось, что пароход затонет, но он, сделав оборот-другой, продолжал свой путь.

Поняв, что крокодилы отстали, Сандокан, Янес и двое их друзей прекратили пальбу. Они решили не тратить боеприпасы зря, хотя предусмотрительно вынесли на палубу ящик с патронами и поставили его на носовую лебедку.

Взобравшись на фальшборт, они внимательно прислушивались к треску выстрелов на острове, гадая, что предпримут даяки. Ведь тем предстояло оказаться между молотом и наковальней: с одной стороны – пули и шрапнель, с другой – крокодильи зубы.

– По-моему, стрельба стихает, – произнес Янес.

 – Не знаю уж, из-за расстояния ли, или даяки наконец насытились по горло.

– И спингарды почти замолчали, – добавил Сандокан.

– А вдруг все наши полегли? – с тревогой предположил Тремаль-Наик.

– Мои малайцы сделаны из лучшей в мире борнейской стали, – отрезал Сандокан. – Пока у них в руках карабин и паранг, их не одолеть и тысяче даяков.

– Мои ассамцы тоже все как на подбор, – сказал Янес. – Я набрал их из горцев.

– Даяки отступают, – заметил Каммамури.

 – Теперь слышны лишь редкие выстрелы.

– За своих я спокоен, – сказал Сандокан. – С островка их никто не сковырнет. А вот мы с вами, друзья мои, попали из огня да в полымя.

– Скорей уж в воду, – усмехнулся португалец. – У меня в сапогах хлюпает. Интересно, когда эта посудина остановится? Может, бросим якорь?

– Якоря давно оторвало.

– Значит, мы вернемся в залив.

– Сомневаюсь, что баркас столько продержится.

– Однако он плывет, хотя заполнен водой.