Голландский дом

В этот момент именно Андреа, наш бессменный генерал, проявила присутствие духа.

– Мэйв, пока тебя не было, мы кое-что поменяли. Теперь твоя комната на третьем этаже. Там довольно уютно.

– На чердаке? – переспросила Мэйв.

– На третьем этаже, – повторила Андреа.

Отец поднял ее чемодан. Сказать ему было нечего, но, по крайней мере, он проводит ее наверх. Из-за колена, болевшего при подъеме по лестнице, он никогда не ходил на третий этаж. Мэйв еще не сняла свое красное пальто, на руках у нее были перчатки.

Она рассмеялась.

– Прямо как в «Маленькой принцессе»! – сказала она. – Девочка теряет все деньги, ее отправляют жить на чердак и заставляют чистить камины. – Она повернулась к Норме: – Не очень-то обольщайся, мисс. Твой камин я чистить не стану.

– Это по-прежнему моя работа, – сказала Сэнди. Я уже несколько месяцев не слышал, чтобы она шутила; если, конечно, в этой ситуации шутки были уместны.

– Ну, пойдем, – сказала она отцу. – Если хотим обернуться до ужина, пора отправляться.

А что это так чудесно пахнет? – Она посмотрела на Брайт. – Ты?

Брайт рассмеялась, а Норма выбежала в слезах, внезапно осознав, что вся эта история с комнатой могла значить для Мэйв. Мэйв смотрела ей вслед, и ее лицо выражало непонимание: кого теперь успокаивать – Норму, Сэнди, меня? Отец уже поднимался наверх с ее чемоданом. После секундного колебания она последовала за ним. Их не было очень долго, но никто не ходил на третий этаж, чтобы поторопить их, сказать, что ужин на столе, что мы ждем.

Глава 5

НА РОЖДЕСТВО Мэйв снова приехала домой, но пробыла лишь несколько дней. Друзья пригласили ее погостить и покататься на лыжах в Нью-Гэмпшире, и одна из ее однокурсниц, жившая в Филадельфии, как раз тоже собиралась туда на своей машине. Все они были богаты. Умные, популярные девушки, прекрасно чувствовавшие себя на горнолыжных спусках и читавшие «Красное и черное» в оригинале. Когда Мэйв узнала, что общежитие не закроют на Пасху, то решила остаться в Барнарде. Многие из ее друзей жили в Нью-Йорке, так что вариантов отпраздновать была уйма.

И потом, ей нужно было заниматься. Пасхальная месса в соборе Святого Патрика, после – прогулка по Пятой авеню в компании подружек, проделывавших это из года в год. Кто ее за это осудит? Но я осуждал. Какая может быть Пасха без Мэйв?

– Садись на поезд и приезжай, – сказала она по телефону. – Я тебя встречу. Давай позвоню папе и все устрою. Уж с поездкой в поезде ты как-нибудь справишься.